Посвящение:

Посвящается всем тем близким мне людям, чьи реально существующие в WoW персонажи сподвигли меня к созданию этого произведения. Мой Волчонок, твоя Монти бесподобна, а я лишь приукрасила ее безграничные достоинства) Саня, без тебя моя повесть и вдвойне не была бы такой смешной... После всей конструктивной критики Ала твой смех приходится очень кстати) Я вас обоих очень люблю за ваше терпение и понимание.

Приветствую тебя, странник, на страницах моей повести. Ты пришел сюда, чтобы отвлечься от мирской суеты, позабыв о трудных буднях внешнего мира и не менее тягостных скитаний мира внутреннего. Так окунись же в тайну, в захватывающие дух приключения, в историю параллельных прямых, которые пересекаются где-то на краю горизонта. Все они когда-то сойдутся в одной точке, на полюсе, и иже с ними мы будем там. Я, сказитель, на чьи плечи возложена нелегкая задача поведать историю разных личностей, которых судьба своей твердой рукой не случайно сводила вместе, с закрытыми глазами каждый миг наблюдаю за отважными героями, проживаю вместе с ними их нелегкие жизни. Каждый из героев живет во мне, а я живу в каждом из них. Вершители Судеб творят свое дело – мне же отведена скромная роль: записать историю…

Пролог

«Час от часу не легче», - мысль обиженной каракатицей прошествовала в воспаленном мозгу, уже пятый час наблюдавшим печальную картину. На берег прям пред ясные очи вновь упал рваный ботинок, вытащенный, кажется, скорее, из стоков Подгорода, нежели из кристально чистых водоемов Оргриммара. С разочарованием отпихнув находку подальше - та приземлилась аккурат меж глаз стоявшему неподалеку торговцу рыболовными снастями – и выслушав гневные речи пострадавшего с клятвенным заверением не продавать нахалке ни единого товара, девушка вновь стала разглядывать поверхность воды, пытаясь уловить мельчайшие движения рыбок. Интересно, здесь вообще водится рыба?..

Однако, вода и правда имеет свойство успокаивать, отвлекать… Спустя минут пять девушка уже не искала взглядом рыбешек, а любовалась рябью с весьма отсутствующим выражением лица. Не стоило отвлекаться – одна прозорливая обитательница городских вод изловчилась и шлепнула хвостом о размеренную гладь воды. Не ожидавшая такого нахальства начинающая рыбачка взревела – ох, как же она не любила воду!.. – и попыталась догнать шутницу. Однако только еще больше вымокла. Окончательно наплевав на это бесполезное занятие и на свою внезапно проснувшуюся страсть к сырой рыбке, девушка уселась подальше от воды и тени, чтобы быстрее высохнуть на солнце. Густая шерсть не желала сдавать позиции столь быстро и выпускать из себя всю влагу. Девушка встряхнулась - отчего пробегавшие куда-то по своим маленьким делам приютские детишки с радостными и не очень визгами разбежались в разные стороны, а одна совсем маленькая орчонка даже попыталась погладить «такую большую кису», в результате наткнувшись взглядом на недобро светившиеся глаза и огромные клыки. Как же не любила обладательница столь изысканных атрибутов всякие телячьи нежности! Впрочем, троллиха и не задумывалась, что таурены тоже не слишком жаловали подобное обращение. Так что еще следовало подумать, чьи же все-таки эти «нежности» были на самом деле.

Вскинув голову к небу и, не мигая, глядя на солнце, отражавшееся в огненных зрачках, девушка задумалась о превратностях судьбы. Порой ей казалось, что злой рок издевается, хитро подмигивая разными глазами. Почему разными, девушка так и не могла объяснить. Просто именно так ей представлялся этот самый "ужасный" Злой Рок. Вот и сегодня наличие нескольких обличий и, соответственно, сущностей, вновь проявило себя. С утра пораньше молодому друиду захотелось чего-то менее вегетарианского, нежели извечный сухой паек, носимый с собой в сумке. Пожалуй, до этого момента она никогда не рыбачила. А тут… Что только не сделаешь, дабы угодить своей кошачьей натуре. «Нет, все, завязываю с этим… Лучше посохом драться буду, чем этой кошатиной, которая, глядишь, не сегодня-завтра заявит, что она свободная личность и вообще гуляет сама по себе. Я еще сохраняю разум и авторитетность… Мяу… Чччерт, косички Тралла…», - рассердившись собственным мыслям и своенравности «кошатины», друид быстро сбросила облик, мгновенно став выше раза в три. От этого голова с непривычки закружилась, и девушка чуть не потеряла равновесие.

Если честно, свои разнообразные облики троллиха любила больше. И было с чего - Судьба, на которую уже так привыкла жаловаться ученица ученика ученицы… Малфуриона, от природы наделила девушку не то чтобы неяркой внешностью… но, так скажем, не больно-то симпатичной. Не стоит, поглядев издалека на орчих и троллих, тут же утверждать, что это скорее недоделанные мужчины, чем милые девушки. Действительно, милыми этих «красавиц» можно было назвать с очень большой натяжкой, конечно, если ты не тролль или орк – те просто души не чаяли в своих дамах. День за днем выслушивать оскорбительные речи в твою сторону каждому неприятно. Каждой девушке хочется быть красивой… Однако, не всем это дано. Поэтому представительницы «прекрасного» пола «зеленых» имели девиз: «Если рожа крива, пусть язык будет остр». И постепенно эта фраза прочно вошла в жизнь и суть «милашек», как их за глаза называли кровавые эльфы, за свою спесивость получившие не менее лестное прозвище: «гламурные стервы».

Вспомнив и о своей «кривой роже», друид снова опустилась на четыре лапы, уже привычно почуяв ставшую родной землю и урчание взбунтовавшегося кошачьего желудка. Что же оставалось делать? Продолжать свои изыскания в рыболовстве либо опять показать миру свою истинную сущность. Тролль выбрала первое.

И снова потертые калоши, вонючая тина, просыревшая ткань… Но, несмотря на свое предвзятое отношение к миру и судьбе, упертости девушке было не занимать. Раз за разом она цепкими когтями на широкой лапе подцепляла улов и уже почти не глядя отбрасывала его во все растущую кучу рядом с собой. И кто сказал, что рыбалка успокаивает?! Что поистине создает душевное равновесие, так это убийство какого-нибудь эттина с особым зверством… Или кровавого эльфа, если бы после этого можно было избежать наказания и неприятных разборок… Друид вздохнула. Вот чего не хватало для полного счастья!

Кстати, о упомянутых «гламурных»… За спиной расслабившейся в родной столице друида, хихикнул до боли знакомый голосок. Как говорится, врага надо знать лучше, чем в лицо. Ну как врага… Все же они принадлежали одной стороне и подчинялись одному правителю. Даже Леди Сильвана, известная своим своенравием, не решалась проявлять характер перед великим Гаррошем. Но мелкие вражды между отдельными представителями различных рас были всегда, да и, пожалуй, останутся еще надолго.

Медленно, с уже заготовленным презрением во взгляде горящих глаз, друид обернулась к эльфийке. Но та насмешливо оглядывала кучу хлама, которая была раза в полтора больше самой кошки, на которой мог спокойно кататься даже средних размеров таурен. Но кто бы ему позволил!

  • Развлекаемся? – неприятная усмешка появилась на прекрасном лице эльфийки. За их идеальную красоту троллиха ненавидела этих созданий еще больше. «Развлекаемся?». И все, больше ни слова. Будто друид вообще не заслуживала чьего бы то ни было внимания. Презрительно глянув на красавицу, девушка отвернулась, всем своим видом показывая, что также равнодушно относится к присутствию эльфийки. Да как бы не так! Нет-нет, да и посматривала друид в сторону незнакомки, занявшей место на берегу метрах в пяти от троллихи. А та, кажется, искренне не интересуясь рыбачкой-неудачницей, деловито закинула удочку, и уже через две секунды поплавок дернулся. «Ну-ну, тут ничего съедобного не водится в принципе…», - теперь была очередь друида насмехаться. Но каково же было удивление девушки, когда в свете солнечных лучей на крючке, переливаясь чешуей, засверкала огромная рыбина!

А эльфийка была и вовсе не удивлена, будто каждый раз даже из зачумленных вод Подгорода способна выловить такое чудо. Критично оглядев улов, девица осталась довольна и забросила удочку еще раз. Троллиха уже подумала, что это чистой воды везение, но нет – еще одно такое чудо вынырнуло из глубин мелкого озерца, коих по всему Оргриммару было полным полно.

Теперь друид разозлилась не на шутку. Она уже была готова скинуть облик кошки, дабы высказать свое «фи» этой фифе, не побоясь резких слов в свою сторону. Но тут эта фифа сама подошла и, подбоченясь, кинула к лапам кошки одну из своих рыбок.

  • Что, киса, кушать хочешь? Смотри, какая аппетитная рыбонька… Кис-кис, ааааамм… - это был уже явный перебор. Не выдержав, вспыльчивая «киса» с утробным рычанием бросилась на «эту стерву», как про себя назвала ее друид, с явным намерением перегрызть горло хамке. Последнее, что увидела троллиха перед тем, как растянуться на земле, испуганный взгляд эльфийки и мгновенно побелевшее ее лицо. А потом… Друид крутила головой, но нигде не находила своего врага. Да, в бою она была тоже не особо сильна пока… Тихий звук насмешки заставил уже второй раз обернуться – на этот раз резко, так, что чуть шею не свернула.
  • Потеряла? – кажется, обычное презрительное состояние снова вернулось к эльфийке. «Да как эта магичка посмела скакнуть!» - возмутилась в мыслях друид, хоть и понимала, что это было вполне по правилам. И что за разбоньичьи привычки – все время заходить со спины?? Нет, так больше продолжаться не может, ибо внутри все кипит невысказанными фразами.

Встав во весь рост и отряхивая уже руки, девушка с высоты своего немалого роста нависла над подошедшей эльфийкой. Разница в росте больше чем на голову сейчас четко ощущалась.

  • Слушай сюды, стерва. Вали в своей цветочный городок и танцуй со своими эльфами, которые на баб похожи! И свою рыбину забери, - с этими словами тролль хлестанула склизкой рыбой по наглой роже эльфийки. Усмешка тут же сползла с прекрасного личика девушки. Теперь глаза могли бы метать молнии, если б умели. И глотала сейчас незнакомка яд больше не потому, что теперь слизь и чешуя медленно сползали по носу, а из-за слов друида. На своей пока короткой, но полной приключений жизни, эльфийка не помнила, чтобы хоть раз ей кто-то отвечал на ее колкости. Да еще как отвечал! Красавица из «цветочного городка» совсем не желала признавать, что прониклась каким-то уважением к этой девице.

А та, кажется, выговорившись, со злостью смотрела на нахалку, будто чего-то ждала. Да, ждала… Неуверенность, тщательно прикрытая озлобленностью, давала повод считать, что вот сейчас троллиха получит новую порцию яда. То, что высокомерная девица не будет марать о нее свои руки, друид была почти уверена. Но магичка молчала. Молчала и друид. Наконец, без особого энтузиазма эльфийка произнесла:

  • Детка, успокойся… Сходи к целителю, он тебе эликсир выпишет… И я бы могла чего-нибудь наварить, но сил тратить не хочется, - и вновь презрительная усмешка, но какая-то… натянутая, если вообще можно говорить о живости этой недоулыбки.
  • Обязательно, как же, - с такой же неохотой буркнула троллиха и, без страха развернувшись, улетела, уже в прыжке превратившись в весьма нелепого нетопыря. Еще одна сущность, мешающая спокойно жить и заставляющая отрываться от такой родной земли. Пусть никто и не говорил о комичности клыкастой летучей мыши, но друид сама это знала. У нее не было друзей, которые могли поддержать в трудную минуту, но ей и так было хорошо со своим зоопарком в голове. Так она считала.

А внизу, оставшись на земле, чуть нахмурив свои элегантные длинные брови, гордого нетопыря провожала взглядом «цветочный эльф». Самодостаточность – вот было ключевое слово в жизни этой девушки. Близких людей эта особа тоже не имела. И в этом так сильно были похожи эти две вроде бы разные личности – в своем одиночестве и стремлении спрятаться за маской холодности, безразличия, насмешки и озлобленности, порывистости, сарказма – ненависти…

Коварная Судьба еще не раз столкнет их вместе, но они уже будут готовы. Готовы отразить… или принять удар. И именно последнее станет новым шагом к познанию себя.

Глава 1. Редкая диковинка

-…Двадцать золотых монет, три! Продано молодому человеку в розовой робе! – довольный гоблин-аукционист радостно кивнул счастливчику, только что выигравшему в торгах мешок золотой руды. И правда, спрос нынче на нее был небольшой, поэтому чернокнижник, гордо шествовавший под изумленные взгляды в комнату выдачи лотов, получил еще легкий товар.

Друид, стоявшая как раз на пути везунчика, хотела было подначить колдуна цветом его одеяния – уж больно нелепо смотрелся этот цвет на фоне кислой мины нежити… Но тут в торговом зале наступила полнейшая тишина, какая бывает только при объявлении завершающего, главного лота. Большинство присутствующих приходят на аукцион только ради него. Вот и сегодня толпа заинтересованных лиц замерла в ожидании, пока предприимчивый гоблин держал торжественную паузу.

  • И сегодня гвоздем торгов станет… Внимание, дамы и господа! Редкая диковинка, жемчужина Азерота! Ледяной дракончик Снежных Холмов!!! – по залу прокатился изумленный, но, скорее, наигранный, вздох. Конечно, пройдоху Коротышку было легко подкупить, и все уже заранее все знали про «гвоздь программы». Именно поэтому здесь редко можно было встретить праздных зевак – разве что деловых любителей труда, которые, впрочем, уходили задолго до кульминации, унося в сумках руду, кожу, ткань и травы. Только истинные коллекционеры редкостей оставались до самого конца, чтобы вновь проверить на прочность свои кошельки и нервы.

Троллиха не относилась ни к одной из этих категорий. Нет, она пришла на аукцион с конкретной целью – выкупить-таки этого дракончика. Но и фанатичность в собирании диковинок девушка не испытывала – скорее, некое притязание… Да и живое существо рядом никогда лишним не будет – это девушка решила уже давно, с тех пор, как начала понимать, что крыша медленно, но верно съезжает в неизвестном направлении из-за обилия животных сущностей, постоянно копающихся в голове друида.

Лот объявлен, начальная цена установлена – и понеслось… Со всех сторон просто сыпались повышения ставок, бедный Коротышка утирал пот со лба мокрым уже платком, а друид не проявляла активности, выжидая своего часа. Склонная больше к наблюдению, тролль быстро выяснила, что на подобных мероприятиях важно дождаться спада ажиотажа в связи с утеканием карманных средств. Либо сразу выяснить, что очередная редкость тебе вновь не по карману… Как и все, друид нередко работала по найму – поди туда, принеси то, убей того-то… Но, как известно, наиболее стабильный доход приносит постоянная работа, коей у троллихи не находилось уже который год. Девушка считала, что не склонна ни к одной из профессий…

  • Пятнадцать тысяч золотых, - где-то слева прозвенел тонкий голосок. Друид так резко повернула голову в сторону ненавистного звука, что чуть не свернула шею. Опять. Эта девица когда-нибудь причинит ей травму, пусть и косвенно! Невозмутимый взгляд хитрых глаз и напряженное лицо выдавали серьезность намерений эльфийки приобрести дракончика. Эта магичка опять встала на пути троллихи! Ну нет, только не сегодня, не сейчас.
  • Шестнадцать тысяч золота, - с каменным лицом проговорила девушка, мысленно попрощавшись со всеми сбережениями в банке. Кто она, чтоб проиграть этой фифе нафуфыренной?!

Теперь очередь эльфийки была оборачиваться. Взгляды девушек пересеклись, и если бы глаза умели стрелять огнем, то в зале бы произошел пожар. Не отрывая пристального взгляда от соперницы, маг холодным голосом выговорила:

  • Семнадцать тысяч.

«Что?! Откуда у нее такие деньги? Или на что она готова пойти ради питомца… или мести?» - изумлялась друид, пока она будто со стороны слышала свой голос:

  • Двадцать тысяч.
  • Двадцать с половиной, - раздавалось в ответ в полной тишине. На своем веку ни один аукцион не видел столь напряженной борьбы за товар. Как известно, битва двух людей более эпична, чем противостояние толпы.

Друиду только бы учиться хладнокровию эльфийки! Поняв, что еще чуть-чуть, и придется бегать по городу в одном нижнем белье, а спать в ближайших кустах, троллиха метнулась через всю толпу навстречу магичке. Кажется, от нарастания серьезности ситуации сам аукционист забыл про торги и про свои обязанности.

  • Ты что, следишь за мной? – прошипела в лицо эльфийке друид.
  • Как же, делать мне больше нечего… У тебя паранойя, детка, - кажется, невозмутимость этой девицы ничем нельзя было пробить.
  • Ты опять смеешь мне мешать! Забыла прошлый раз? Та рыбина отлично смотрелась на твоем личике, - съязвила троллиха. Маг испуганно заозиралась – не услышал ли кто о ее позоре. Но, кажется, здесь не было свидетелей недавнего происшествия.
  • Я, между прочим, здесь по личным интересам – решила прикупить этого дракончика, - гордо кинула эльфийка.

Нет, это было уже чересчур для вспыльчивой троллихи. Не удержавшись, да и не пытаясь это сделать, друид чисто по-женски вцепилась руками в идеально уложенную прическу магички, пытаясь, видимо, не оставить ни единого волоска на голове девицы. Та, впрочем, в долгу не осталась: схватила свой посох и стала со всех своих крошечных сил дубасить соперницу по спине.

Гоблин-аукционист пугливо стал смотреть по сторонам в поисках охраны. Два пугающего вида орка стояли около входа и сосредоточенно ковырялись в носу. В который раз выругавшись про себя, гоблин подозвал телохранителей беспроигрышным кличем: «Эй вы, обормоты, живо сюда! Не видите, что ли, драка!». Визгливый голос аукциониста привлек внимание некоторых зевак-покупателей, но ненадолго – взгляды снова вернулись к дерущимся девушкам.

Вообще наблюдавшие столь эпичную картину зрители не спешили разнять женскую драку, а только больше раззадоривались – дракончик отошел на задний план, и теперь «торгаши» делали ставки в пользу одной из этих особ. Орки из охраны уже торопливо спешили на помощь хозяину, но их вмешательство так и не понадобилось. Толпу раздвинул кто-то своим плечом, выступив на импровизированную сцену.

Эльфийка почувствовала, как ее кто-то пытается оттащить от троллихи. Сил, да и особого желания сопротивляться не было – как-никак, а физически друид была сильнее, да и разнимавший тоже. Наверное, именно поэтому ее и выбрали в качестве опоры – оттаскивать было легче. Как только маг оказалась на безопасном расстоянии от вспыльчивой безумицы, она тут же пригладила свою растрепанную прическу и заправила за спину посох, одновременно оглядываясь в поисках вмешавшегося. Но это не требовалось: троллиха уже вовсю орала на недавнего чернокнижника:

  • Какого Смертокрыла ты тут делаешь? Не видишь – две приличные женщины выясняют отношения! Иди со своей рудой и розовым платьем, куда шел!

Эльфийка было подумала, что троллиха не на шутку разошлась – говорить такое черному колдуну. Вот сейчас он нашлет на нее проклятие или сразу демона науськает… Но тот лишь потусторонним голосом – а какой еще должен быть у нежити? – заявил, что розовый нынче в моде, а из руды он сделает себе модный браслет, и удалился в неизвестном направлении, откуда и пришел. Впрочем, свое дело он сделал – две «приличные женщины» уже не проявляли желания бросаться друг на друга, просто стоя по разные стороны окружившей их толпы. За спинами была лишь стойка аукциониста да сам гоблин, который, решив, что выяснение отношений кончилось, решил продолжить прибыльную деятельность.

  • Итак, уважаемые гости мероприятия, продолжаем. На кону Ледяной дракончи… - но договорить ему не дали два грозных взгляда, буквально насквозь буравящие маленького Коротышку. Остальные бывшие претенденты на животинку, видать, решили, что сегодня не их день, и они уже насмотрелись достаточно зрелищ, и, оставив эльфийку, троллиху и напуганного гоблина разбираться самим, покинули помещение, шумно обсуждая произошедшее. Скоро эта история умнется – жители Оргриммара были хоть и падки на разборки, но таковые случались нередко и на каждом шагу, поэтому одна быстро забывалась, скоропостижно сменяясь другой.

Печально проводив несостоявшихся клиентов взглядом, гоблин понуро опустил голову. Товар, особенно редкий, не должен задерживаться более одного аукциона, иначе интерес покупателей тут же пропадает, и даже самая диковинная вещица не становится такой популярной. Каждые торги должны быть уникальные, повторения недопустимы…

  • Ох, что же делать? Это вы двое испортили мне все мероприятие! Вы поплатитесь за свой поступок! – заверещал на дамочек Коротышка. Эльфийка скептически подняла бровь, троллиха же снисходительно оглядела аукциониста. Вид обеих явно говорил, что малыш гоблин им не соперник. Да тот и сам это понимал… Однако, жадная душонка не могла смириться с проигрышем. Аукционист пошел ва-банк.
  • Уважаемые дамы! Желаете каждая иметь собственного дракончика? У меня есть специальное предложение как раз для вас! Только сегодня и только сейчас, - гоблин хитро подмигнул девушкам, в мгновение ока став снова хозяином аукциона. Он видел, как лица старающихся не смотреть друг на друга «дам» заинтересовались выгодным предложением. И почему именно в этот момент все забывают, что гоблинам верить – себе дороже?..
  • Итак, выполнив всего небольшое поручение, вы получите в награду сразу ДВУХ Ледяных дракончиков Снежных Холмов! Совсем крошечное дельце. Какая выгодная сделка, такую не каждый день предлагают, - умильные глазенки взирали на тролля и эльфа. А те, в свою очередь, растеряли всякую осторожность в пылу азарта. Хитрюга прекрасно знал эту черту своих клиентов и умело пользовался ею.
  • Ну, выкладывай свое поручение! – нетерпеливость друида заставила эльфийку презрительно фыркнуть. Она была более осторожной:
  • Сначала покажи товар, гоблин. И подробнее про условия сделки, - если Коротышка и опечалился внезапной прозорливостью мага, то ненадолго и совсем незаметно. Его план был идеален.
  • Все, что угодно, милые дамы!.. Вот дракончики, по воле случая оказавшиеся в паре, - аукционист ловким движением фокусника выхватил из под стойки клетку с двумя воркующими, аки голубки, существами. Они были весьма милыми, но даже такой факт, как их разлучение, не поколебал решимость ни одного из присутствующих. Эльфийка лишь кивнула, наблюдая, как друид чуть ли не слюни пускает на питомцев. Клетка с дракончиками нырнула на место, а гоблин шутливо погрозил пальчиком троллихе, уже попытавшейся просунуть руку сквозь решетку клетки.
  • А теперь касательно сделки… Все, что вам требуется, это доставить моего любимого племянничка к дедушке – моему дядьке - в Луносвет. У нас общее дело, но, как понимаете, работа требует постоянного присутствия, а город так далеко… Другой материк, то, се, сами понимаете. Но вы-то быстро доберетесь, это мое здоровье мне не позволяет, совсем стар стал, кхе-кхе… - бормотал гоблин, сбиваясь в своей речи и указывая на различных родственничков. Но все знали, что уж эти-то пройдохи и маму родную за мешок золота кому хочешь отдадут.
  • Подпишись под условиями сделки. А то знаем мы вас, хитрюг, - заметила предусмотрительная эльфийка.
  • Как же так? Вы не доверяете вашему покорному слуге?! Я же из лучших побуждений!.. А как же наша вековая дружба? Вы, мисс, - гоблин кивнул магу, - мой постоянный клиент, я помню! А вы, - второй кивок на троллиху, - все время стоите вон у той стены, каждый аукцион… Я своих покупателей в лицо каждого знаю! Как можно обмануть дорогих клиентов?.. – опять запричитал гоблин.
  • Ой, хватит болтать, говори, где твой племянник. Я готова отправляться в путь, - прервала становившиеся все более бессвязными речи Коротышки друид. На что получила очередное фырканье магички, на которую, впрочем, решила не обращать никакого внимания.
  • Минуточку, дорогая моя! Я разве не сказал? Как же так, ай-яяй… Обязательным условием нашей сделки является то, что в дорогу отправитесь вы вдвоем. Точнее, втроем, с племянничком… Все вместе, дружной компанией. Я, знаете ли, за дружбу народов Орды… - заелеил опять гоблин. Но смысл был ясен – две ненавистные друг другу особы должны были проделать длинный путь в «цветочный город», в родной город эльфийки, вместе. И уж обе они понимали, что дружба народов беспокоит зеленого хмыреныша в последнюю очередь. Однако, дракончики никак не выходили из голов девушек, поэтому те и согласились.
  • Отлично! Племянника моего вы сможете найти в городе по этому адресу, - воспрянувший духом Коротышка протянул друиду сложенный вчетверо лист и с самым счастливым выражением лица – будто только что заключилась самая удачная сделка в его жизни – проводил девушек до двери. С наступлением полной тишины в торговом зале радостная приветливая улыбка гоблина сменилась злобной ухмылкой. Теперь-то они никуда не денутся! Попались, голубушки! Водрузив клетку с дракончиками вновь на стойку, Коротышка долго любовался своим товаром.
* * *
  • А ну, дай листок сюда, - эльфийка выхватила бумагу у отвлекшейся троллихи. Та хотела было возмутиться, но маг с расстановкой сказала:
  • Слушай, у меня нет никакого желания возиться с тобой, да еще по всяким походам таскаться. Но раз уж пришлось, то будь добра, веди себя прилично.

Друид огрызнулась, но выдавила лишь:

  • С тобой уж не поприличествуешь… Но ради твоего невинного сознания – так и быть. Типа перемирие? – клык, обнажившийся в ухмылке, недобро сверкнул на солнце. Якобы: «Я не буду тебя трогать, если ты сама не будешь нарываться». Эту мысль троллиха не преминула озвучить.
  • Деточка, у нас одна цель… Посмотрим лучше, что написано на этом пергаменте.

Развернув лист, девушки воззрились на аккуратно, словно и не корявой рукой гоблина, выведенный адрес: «Аллея Чести, переулок Кровопролитный, 8». Переглянувшись, девушки отвязали оставленных возле аукциона ящера и страуса и поспешили навстречу приключениям. Хотя обе они считали, что ничего легче сопровождения ребенка в другой город быть не может.

Судьба вновь свела их вместе, и теперь, кажется, надолго…

Глава 2. И что это за «кто»?

  • Что значит, «нет подходящего дирижабля»?!
  • Для мисс и мистера сегодня нет подходящего дирижабля… -продолжал гнуть свое привечающий гоблин на башне.

Тролль обреченно хлопнула себя рукой по лицу. Маг покачала головой и взглянула на еще одного представителя кровавых эльфов, что стоял радом, заложив руки за спину и улыбаясь обворожительной улыбкой, что была бы привлекательна, если б не была так очевидно глупа.

Сколько две девушки, по воле случая сведенные вместе на пару дней, знали этого «племянничка» гоблина-аукциониста, тот не переставал лучезарно скалиться с наитупейшим выражением лица. А познакомились они с этим типом пару дней назад, когда маг и друид, устроив перепалку прямо у дверей указанного дома, попросту ввалились в небольшое жилище эльфа. Спор оказался совершенно глупым и бессмысленным: никто из обеих не хотел первым знакомиться с племянником. И кто мог знать, что гоблин, попросивший помощи в отправке своего родственника на другой конец Азерота, имеет такую родню? И как же он умудрился стать дядей такого дурачка… Однако, какая-то то ли болезненная, то ли действительно гоблинская зеленоватость кожи просматривалась в гордом представителе кровавых эльфов. Ему еще повезло, что он и впрямь эльфийской расы, а не гоблинской. Он бы побил все рекорды в росте этих хитрюг, да и звание «самый глупый гоблин» было бы ему обеспечено… Вот бы над ним его «братья по крови» смеялись.

Итак, выцепив не сильно сопротивляющегося эльфа из его уютного жилища, – кажется, это существо еще обладало отсутствием долговременной памяти, ибо не помнило, что его дядя отправлял домой, видать совсем племянник надоел гоблину – друид и маг, стараясь держаться по разные стороны своей «посылки», подальше друг от друга, направились к дирижаблям в попытках быстрее справиться с заданием, получить награду и навсегда забыть друг о друге, как о страшном сне. Но не тут то было! Очередной цеппелин прибывал в город только черед два дня. Тут пришлось снимать комнаты в таверне – а это опять же растраты…

Затем все складывалось вообще не в пользу честной компании. И вот сейчас троица стояла и с ошалевшими лицами – это у эльфийки и троллихи только, «племянник» же вовсе не понимал, что они тут делают, и что на дирижаблях вообще можно летать. Уже пять минут управляющий расписанием транспорта повторял одно и то же, а друид, по мнению мага, все никак не могла понять простых слов. И что нужно действовать, а не вести монолог двух пришибленных кирпичом людей. Наверное, гоблин уже успел подумать, что эта мощная девица никак иначе родственница парня с тупой улыбкой, а их прекрасной спутнице просто не повезло с компанией. Уже собиравшийся предложить услуги оперативной доставки пассажиров за отдельную плату, гоблин был «вежливо» послан к иллидановой бабушке упомянутой красавицей эльфийкой. После этого девица схватила двух имбецилов за шкирки и потащила вверх по лестнице, на причальную площадку, несмотря на все протесты управляющего и охранников. Одного она долбанула посохом, от другого прикрылась эльфом – просто супер-маг!

  • А теперь вы расскажите нам, что не позволяет вам предоставить вашим клиентам один-единственный дирижабль для отправки в Подгород, - беспрекословным тоном, перечить которому осмелился бы только глупый, заявила эльфийка прямо в лицо капитану дирижабля. Тот, кажется, совсем не был против ответить на вопрос, и даже любопытно смотрел на сумевших прорваться сквозь охрану двух эльфов и троллихи. Наверное, не каждый день его поражали столь активные личности.
  • У нас тут случилась небольшая техническая заминка… Понимаете, я уже давно говорил, что нужно заменять турбовинтовые двигатели на двигатели внутреннего сгорания, но ведь это новые затраты: нанять качественного инженера, заказать материалы, постоянная закупка топлива… А таурены с Громового Утеса сразу заявили, что откажутся от наших услуг, потому что, видите ли, наши выбросы будут засорять их горный воздух и зеленую травку… ИХ, представляете! Дак тут у нас и вышло, что из-за отсутствия надежных средств швартовки и сильном боковом ветре нос цеппелина попросту разбило о посадочную башню Гром’Гола… Теперь мы обязаны выплатить средства на восстановление башни и половины поселения, а также ликвидировать останки транспорта и загрязнения прилегающего моря, и все это в кратчайшие сроки… Так что сами понимаете, наше дело горит… - задвинул монолог капитан, закатывая глаза к небу, совершенно не обращая внимания на неблагодарных слушателей, совсем не вникающих в смысл речи сокрушенно качающего головой гоблина.
  • Тьфу ты, теперь пешком топать, - только и сказала троллиха, на что эльфийка повторила недавний жест друида, с громким хлопком встретив ладонь с лицом. Ей совершенно не хотелось проделывать казавшийся в начале короткий путь теперь через тридевять земель, обходными путями. Да, двухдневный поход, кажется, оборачивался сейчас двухнедельным… Но не этим двум особам было отказываться от внешне легкой добычи. Знал ли проворный аукционист о нерабочем дирижабле? Ну конечно, ведь у них, гоблинов, везде связи…
* * *
  • Так, значит, из Оргриммара мы день в пути до Кабестана, затем оттуда на корабле до Пиратской бухты, если эти гоблины еще и водный транспорт не разгрохают… Ну а потом окольными путями до Луносвета… Ну вот, через все Восточные королевства топать… Земли Альянса... Наши дракончики там подохнут быстрее, - недовольно бормотала эльфийка, составляя план похода. Исписанные схемы и поотмеченные во всех местах карты были картинно разбросаны по всему столу небольшой их с друидом комнатки. Решив сэкономить на таверне, раз уж выпала нелегкая длинная дорога, обе девушки боялись за будущее гостиницы. Но, кажется, обе следовали негласному правилу – не обращали друг на друга внимание. Их сопровождаемый «племянник» уже, наверное, дрых без задних ног в своей комнате – увы, даже такого дурачка, но мужского пола, они не могли поселить с собой.
  • Эй, магичка… как там тебя… сваргань похавать чего, - нагло окликнула троллиха со своей кровати, где удобно развалилась и плевала в потолок. Буквально. Густые тролльи слюни намертво прилипали к деревянной поверхности.
  • Тебя вежливости в детстве не учили? Мало того, что валяешься без дела, сама бы спустилась и заказала себе сырого мяса, или что там тролли жрут, - не осталась в долгу эльфийка, отвечая, не отрываясь от своих записей.
  • У меня детство тяжелое было, кабанов руками душила, - нараспев, со смешком, выдала друид. И непонятно было, то ли правда это, то ли выдумка. – Да сырое мяско получше твоего варева будет, оно диабет вызывает…
  • Никто до тебя не жаловался, знаешь ли, - ледяным тоном произнесла маг, уже поворачиваясь к друиду, что не свидетельствовало ни о чем приятном. Как бывает в те минуты, когда эльфийка выходит из себя, у нее было каменное выражение лица, а глаза только что не сверкали огнем. Но троллиха не воспринимала эти мимические тренировки всерьез. Эх, не видела она мага в деле, нет…
  • И что мы мне сделаем? Снова надубасишь меня своей палкой? – залилась громким смехом троллиха. – Ты вообще хоть колдовать умеешь? – скривила лицо девушка. На следующие пару минут друид была вынуждена находиться в новой форме зверя, отличительно особенностью которого было… человеческое молчание и овечье меканье.

Сдунув струйку дымка, шедшего от посоха, маг вновь погрузилась в штудирование карт.

  • И да, на будущее, меня зовут Монаэль Тайная… - кинула эльфийка своему мини-зоопарку.
* * *

Утро наступило слишком внезапно для уснувшей только под конец ночи друида. Несколько часов девушка ворочалась, ожидая очередной подставы от магички. Но той было не до мнительной троллихи – она решила воспользоваться шансом, также не воспринимая соседку по комнате всерьез, и выспаться. Что касается глуповатого эльфа, тот, наверное, вообще никогда в жизни не знал забот. Поэтому, встретившись с племянником в коридоре рано утром, поднятая ни свет ни заря эльфийкой, друид первым делом захотела вышибить сверкающие зубы этого кретина. Но казенное имущество портить было нельзя во имя ледяного дракончика. Так и не обмолвившись ни словом между собой, наскоро позавтракав, троица выдвинулась в путь. К закату надеялись прибыть в Кабестан.

Потом выяснилось, что собственного транспорта у эльфа нет и не предвидится – он жил на содержании и так уже сходившего с ума от родственничка дяди. Поэтому было решено после недолгих споров взять волка напрокат. Сумма вылетела кругленькая – и это только залог! Девушки уже нарадоваться не могли, что за будущих питомцев им не придется платить.

Кое как уговорив почему-то засопротивлявшегося эльфа усесться на животное, да и сами оседлав страуса и ящера, честная компания поскакала на юг. Было решено потратить лишнее время, но объехать опасные места поселений гарпий.

Похоже, судьба на время повернулась к путникам лицом. Конечно, солнце уже давно село за горизонт, когда уставшие герои наконец-то добрались до очередной деревни гоблинов, но в пути никто не пострадал, ни на кого не напали, никого не съели. И даже племянник не упал с волка больше двадцати раз, а получить сотрясение мозга он попросту не мог по причине отсутствия оного.

Без разговоров и перепалок ввалившись в таверну и уложив уставшего, а потому ставшего капризным эльфа, как маленького ребенка, двое «мамаш» без ног попадали на кровати и проспали глубоким сном до самого утра.

Завтра предстоял трудный и более насыщенный день. А впереди – долгая неделя плавания по Великому Океану…

Глава 3. Чем пользуются маги?

Как странно меняется все в этом мире:
Еще не друзья, но уже не враги.
Мы вместе застряли в чужой паутине -
Вокруг арахниды, дела их благи.
Они избавляют тебя от страданий...
Одно твое слово - и пропасть видна.
Напротив - мерцанье кривых очертаний.
Ты сделаешь шаг? Может нет, может да...

  • Внимание пассажирам, пассажирский корабль номер шестьсот сорок два, рейс номер тысяча пятьсот семьдесят четыре на Пиратскую бухту, отправляется с первого причала через десять минут. Повторяю, пассажирский... - с недавних пор Кабестан каждое утро просыпался под эту фразу. А потом еще весь день такое каждые несколько часов... Недовольные жители портовой деревушки пытались выторговать у времени еще несколько минуток прекрасного сна, прячась под подушками, а отъезжающие пассажиры в спешке паковали свои чемоданы.
  • Слышь ты, как тебя... Вставай давай, друид, корабль уйдет! Я вовсе не хочу из-за какой-то грязной троллихи упустить такую награду! Ох, мать Медифа, как же ты храпишь, аж стены содрогаются... - эльфийка уже окончательно разочаровалась в неприятной спутнице, как в дверь постучали, и на пороге появилось сияющее, впрочем, как всегда, лицо "племянника". Он вечно улыбался, и ничто не могло омрачить его настроение. Он молчал, что тоже было на руку вечно пререкающимся девушкам. Он не лез к ним - что тоже было большим плюсом! И вообще он был достаточно незаметным и удобным, чтобы их простое, но долгое путешествие стало хоть чуточку более выносимым.
  • Проходи... Надеюсь, ты сможешь растолкать эту засоню, - маг безвольно махнула рукой на спящую троллиху, всем видом показывая, как же устала от нее.

На удивление эльфогоблин подошел к кровати, на которой друид умудрилась развалиться, хотя ноги девушки лежали уже на прикроватной тумбочке. Потыкав друида и попускав немного слюней прямо ей на лицо, - специально или нет, Мона была без понятия - "племянник" несильно хлопнул в ладоши, и в ту же секунду тролль лениво раскрыла глаза и с ненавистью воззрилась на виновника ее пробуждения.

Она хотела было что-то сказать, но потом поняла, что этого дурачка ничем не проймешь - только зря тратить время. Да и пора было стремглав мчаться на корабль... Гоблинша-диспетчерша очаровательным голоском дала последнее объявление.

* * *

Они плыли уже два дня из положенных семи. По палубе часто прохаживались представители различных рас, и Мона позволила себе немного расслабиться и позабыть о задании, "племяннике" и назойливой троллихе. Однако, сейчас друиду было не до подколов - оказалось, что киса внутри троллихи также не переносит и передвижений по воде. Сущность морского льва тянула к синим глубинам, а сущность кошки возвращала в эти глубины вчерашний ужин. Ужас охватывал девушку каждый раз, когда она вспоминала о мучительных пяти днях, что остались ей. Если она доживет...

  • Прекрасный день, не правда ли? Сегодня такое палящее солнце, Вы, никак, решили подправить загар? - кокетливо улыбаясь, Мона заигрывала с очередным ночным эльфом. На поиски сокровищ и приключений отправлялись все, кому не лень, и корабль в пиратское местечко всегда был полон народу.

Организм тролля решил сделать передышку, и девушка смогла взглядом проследить за улыбающейся флиртующей эльфийкой. С такой стороны она еще не знала свою спутницу, и была, мягко говоря, слегка поражена. Уж никак друид не могла подумать, что эта серьезная дамочка сможет быть такой милашкой... Хотя уж кому, как не троллихе, было знать, что за существо скрывается за этой очаровательной маской.

  • Эээ... Да, отличный день! Загар?.. Нет, это естественный цвет моей кожи, - ночной эльф, видимо, был удивлен тем, что с ним заговорила такая обаятельная красавица. Улыбка на лице Моны полностью меняла ее - из хладнокровной стервы она превращалась в ласковую, кроткую овечку. Хотя сравнение с овечкой - не самое удачное для мага... Мона как бы ненароком дотронулась до засмущавшегося парня. Эх, что ждет его там, в Тернистой долине... Вряд ли его вновь увидят друзья.
  • Эй, ощипанная курица! - тролля явно укачало, потому что сейчас она обращаль к попугаю, питомцу капитана этого корабля. - Иди сюда, поговорим! Да я тебя за пару минут на куски разорв... Ой! Ты чего, больно же! - девушка потирала клюнутый нос и грозила кулаком бешеной птице. А тот лишь наворачивал круги в воздухе и орал во всю глотку: "Палундрррра!!! Трррролль - бдыщь! За борррррт!" и издавал какие-то странные звуки, отдаленно напоминающие весьма жутковатый смех. - Вот теперь точно держись! - с гневным лицом друид помчалась за улепетывающим от дикой кошки попугаем.

Столкновение было неизбежно. Это Мона поняла еще тогда, когда услышала испуганные и гневные крики детей и взрослых и увидела несущегося прямо на нее большого кота. Первое, что пришло в голову и было отточено до автоматизма - ледяная глыба, в которую маг и заковалась. Удар друида же пришелся прямо по прочному и холодному льду...

* * *

Первые мимические движение давались с трудом и отдавались болью во всем лице. Поэтому, только очнувшись, тролль решила повременить с эмоциями. Решив определить степень повреждений, нанесенных этой гадиной, - а теперь магичка вошла в категорию лютых врагов и стала окончательно ненавистна девушке - троллиха аккуратно ощупала свое лицо. Ну замечательно! Нос и правая скула были опухшими, словно дыня, но самое ужасное состояло в обломанном клыке. Все тролли гордятся своими клыками и носят их как величайшее украшение и достоинство. У нее были прекрасные длинные клыки, которыми она наводила ужас на врагов, которыми она гордилась в своем племени, которые мешали кушать и чесать нос... А теперь один из них почти полностью обломился - остался лишь маленький кончик.

Едва сдерживая гнев на эльфийку, друид с горечью смотрела на потолок каюты, в которую ее кто-то заботливо перенес, пока она была без сознания. Теперь ей был заказан путь домой - презрение и насмешки за утрату главного предмета гордости ожидали друида. Впрочем, это мало что меняло - и в родном племени друид была одиночкой. Даже наставник относился к своей ученице с подозрением. Просто это было странно осознавать - что никогда не вернешься домой, что теперь у тебя другой путь... Какой? Девушка и сама не знала.

Дверь каюты скрипнула. Нерешительно в комнату зашла эльфийка с виноватым выражением на лице. Но в то, что она сожалела о содеянном, друид не верила. Нарочито не смотря на девушку, троллиха демонстративно отвенулась, показывая, что не хочет разговаривать и даже готова отказаться от награды, обещанной хитрюгой гоблином, лишь бы навсегда забыть об этой ненавистной эльфийке. Неприязнь к кровавым эльфам переростала в злую ненависть в душе тролля.

  • Эм... Ты... Я сожалею о том, что случилось. Я по привычке так сделала, рефлекторно... - то ли Мона была хорошей актрисой, то ли правда чувствовала себя виноватой. Но ведь не могла же она и вправду знать, что значат клыки для троллей?!
  • Я не хочу с тобой разговаривать, - еле выговорила друид и сморщилась от боли - все лицо жутко саднило. Вообще путешествие с самого начала не задалось для друида, особенно на корабле.
  • Тебе помочь? У меня есть лед... - потянулась к спутнице маг, но была тотчас отпихнута троллихой.
  • О, не сомневаюсь, но мне уже хватило! - еще один приступ боли заставил тролля отвернуться, чтобы эльфийка не видела ее мучений. От этой противоречивой особы нельзя было ожидать, что она вытворит в следующий момент.
  • Слушай, может, мы с тобой не ладим, но мне правда очень жаль. И твоя потеря... - Мона указала на отломанный клык, - я сожалею.
  • От... откуда ты можешь знать, что это значит для нас? - сквозь зубы выговорила пострадавшая.
  • Ну... у меня был некоторое время роман с троллем, - хитро улыбнулась эльфийка, но потом снова посерьезнела. - Я могу что-то сделать для тебя? - казалось, и эти слова давались магу с трудом.
  • Уйти, - буркнула друид и через несколько секунд почувствовала, как осталась в каюте одна.
* * *

А у Моны действительно было нехорошее ощущение на душе. Очень не хотелось признаваться себе, что чувствует вину перед троллихой, но приходилось - ведь эльфийка не привыкла обманывать саму себя. Других да - пожалуйста, но не себя. И от своей вины Монаэль сердилась больше и больше. И не понимала, почему сочувствует этой друидке, от которой давно пора было отвязаться и забить на дракончика. Но вот совесть грызла ее, хотя обладательница этого навязчивого чувства давно думала, что утеряла его.

Стоя на палубе и облокотившись о перила борта, Мона смотрела на водну гладь. Чего она ждала? Что эта не умеющая прощать чужие ошибки и слишком строгая к себе несчастная девушка простит ее - отравляющую ей жизнь "магичку"? Нет, конечно... Но она все равно ждала. Потому что легче на сердце не становилось.

* * *

Лежа на спине в пустой каюте, друид ощущала, как чувства обострялись. Внутренние чувства. О, постоянно в прошлом огорчаясь из-за любых неудач, тролль по-новому восприняла слово "ранимая". Теперь никто бы не посмел связываться с опасным троллем. Но это не значит, что внутри порой не кипели страсти. О да, ее тоже что-то грызло. Разумом троллиха понимала, что такой актрисе нельзя верить, но не простить ее она не могла. Опухшее лицо, сломанный клык - почему все это отступало на задний план? Так уж важна была награда от гоблина? Тролль "обожала" врать себе - так она легче справлялась с трудностями. Но вот игнорировать внутреннее противоречие всегда было сложно.

Подумав, что пора что-то решать и успокоить себя, наконец, друид немного подлечила свою мордашку и вышла на палубу. С удивлением девушка у борта обнуружила эльфийку - вновь с каменным лицом. "Истинное обличье этой холодной мрази..." - чуть было не развернулась и не ушла друид, но было поздно - Мона подняла голову и воззрилась на троллиху в немом и мраморном ожидании. Как же тролль не могла догадаться, что именно камень поверх эльфийки был прочной, надежной маской?.. Что ж, друид просто не привыкла доверять никому.

  • Я только хочу сказать, что... все в порядке. Я в норме. Это, - друид показала пальцем на свое изувеченное, но выглядещее уже лучше благодаря троллиным навыкам целительства лицо, - пройдет, просто забудь, - голос тролля звучал отрывисто, будто девушка сама была неуверена в том, что говорит. Она чувствовала себя так же, как полчаса назад Мона в каюте друида. Но это уже был шаг навстречу пропасти, что разделяла их двоих. На слова попутчицы эльфийка лишь кивнула, хотя в этот момент с души будто камень свалился. Глыбу чуть поменьше в этот момент скинула с себя и тролль.

Они некторое время постояли в неловкой паузе. Кто-то из них хотел сказать что-то, но тут же закрывал рот, не выдавив ни звука. А что было говорить? Тролль развернулась, чтоб уйти, но на полдороге обернулась:

  • Все же будет, как прежде?
  • Да. Конечно, - улыбнулась Монаэль. - Дот'тир.

И тогда со смесью глубочайшего удивления и облегчения друид скинула оставшийся груз с души.

Глава 4. Под контролем

Это снова повторялось. Сначала боль накатывала волнами, затем приходило осознание, что это уже не ты, а кто-то другой управляет твоим телом. Ну и под конец сознание полностью подчиняется чужой воле – и ты не можешь отвечать за свои действия… Самое противное в этом, как ни странно, не подконтрольность. Наоборот, это вселяет чувство эйфории, способности на время скинуть тяжкий груз ответственности, забыть про проклятие. Хуже всего – когда тебя отпускают, и ты смутно припоминаешь, что делал последние несколько часов. Кого-то обидел, кого-то ударил, кого-то убил…

В последнее время это случалось все чаще. Слава син’дорай, за время путешествия еще не было ни одного последствия. Чувствуя очередной приступ, он успевал закрыться в каюте от людей – а чудище, результат проклятия, бессильно бесилось от невозможности выйти. Для большего – как то использование мощной магии – ему не хватало потенциала используемого тела. Монстр был готов уничтожить того, кто сотворил это с ними… А парень-то был явно не промах, что не скажешь по его внешнему виду. Какая-то доля разума еще осталась нетронутой пытками чудовища.

Пот стекал струйками по измученному лицу. Оседая по стене, он пытался вспомнить, что же произошло. В этот раз ему удалось вырваться… Что-то произошло, что-то страшное, непоправимое. В воспоминаниях крутили ужасные картины: чья-то боль, крики, испуганные вопли, кровь… много крови. Достав из-за пояса окровавленный нож, он долго удивленно смотрел на него, пытаясь вспомнить, что же произошло. Не может же быть так, что… Нет, конечно не может. Или?

Мгновенно вскочив с пола и, хоть тело тут же отозвалось тысячей впившихся иголок, сломя голову помчавшись за дверь, он увидел сквозь пелену, вставшую перед глазами, картину, сковавшую разум и тело.

Она лежала на влажных досках во всей своей беззащитности, неестественно раскинув руки. Она была сломана, словно дешевая кукла. Распахнутые глаза словно застыли в изумлении – нетрудно было догадаться, что они видели в последнюю секунду своей жизни. Кровь уже спеклась вокруг рваной раны на горле.

Взревев от бессилия, он бросился к ее телу, склонив голову.

  • Мертва… Я… убил ее… - он не мог в это поверить, хотя не раз уже убивал под действием проклятия. Но сейчас все было иначе. С ней все было иначе.

Почему он вынужден только терять?! С силой сжав бледное запястье, он старался вновь пережить новую смерть. За что он вынужден переживать это вновь и вновь?

Вокруг трагедии росла толпа людей, с задних рядов напирали, пытаясь разглядеть, что происходит на палубе. Но никто не решался подойти ближе – а что тут сделаешь? И пока неясно, как к этой смерти причастен эльф, что сидит рядом с ней…

Знакомый голос продрался сквозь толпу, называя всю ситуацию в целом нелестными словами.

  • Жалкие отродья болотной крысы, пропустите! Юбка Кел’тузада, что здесь происхо…? – высокая фигура выскочила в первые ряды и онемела от ужаса произошедшего. Она и правда выглядела такой неживой… Что-то всколыхнулось в душе вздорной девицы – ринувшись к телу и ошалевшему от шока эльфу, фигура попыталась прощупать пульс, как истинный целитель.
  • Что сидишь, клювом щелкаешь, чудило? Она еще жива! – внезапная спасительница положила руки на ослабшее бессознательное тело и стала шептать странные слова, закрыв глаза. Спустя десять минут руки оторвались от живота пострадавшей, а целитель устало вздохнула.
  • Отнеси ее в каюту и будь готов все объяснить, - исподлобья посмотрела спасительница на эльфа. Оглянувшись на изумленную ничего не понимающую толпу, она двинулась вслед за эльфом с мертвым от ужаса лицом и с ношей на руках.
* * *

Она очнулась через пару часов. Слабая, но все еще живая. Перед глазами до сих пор стоял туман, но сквозь него виднелись неясные силуэты двух существ. Их она узнала сразу, но не могла поверить – все казалось каким-то миражом, существующим лишь в ее воображении. А существовала ли она вообще, или ее давно встретили духи умерших?

  • Эй, как ты? – тихий, заботливый голос прорвался сквозь сознание. Ну точно мертва! Эта чокнутая троллиха не может так волноваться за нее! А этот, рядом сидящий эльф? Это «племянничек», что ли? Что вообще произошло? Кажется, ее убили… Но она явно жива, лежит сейчас на твердой, но вполне осязаемой кровати. Выходит, помощь подоспела вовремя.
  • Что, Доттир, кошки и лечить умеют? – с усмешкой и хрипотцой в голосе попыталась съехидничать Мона. Но благодарность явно прослеживалась в ее голосе.

И тогда друид с облегчением вздохнула, с улыбкой посмотрев на эльфийку. Затем, переглянувшись с виновником нынешнего состояния Монаэль, Троллиха дала ему знак, мол, надо выйти, поговорить. Не то чтобы сейчас друид могла порвать любого за эльфийку - все они не были друзьями... Но и разобраться в странном поведении мальчишки стоило.

На палубе уже было пусто - все разошлись, огорченные концовкой "представления". Дот'тир круто развернулась и строго посмотрела в лицо гоблинову племяннику. Тот смотрел на девушку со смесью сожаления и вызова.

  • Ничего не хочешь рассказать? - сурово спросила троллиха. Во взгляде ее было предупреждение: "Только попробуй выкинуть какую-нибудь из своих штучек или опять притвориться дурачком! Теперь мне про тебя многое известно!" Но на самом деле не столь уж и многое - иначе не стояли бы они сейчас здесь, буравя друг друга взглядами.

Эльф молчал, не отводя взгляд. Вообще-то, он не знал, стоит ли рассказывать о проклятии кому бы то ни было. О нем знал лишь дядя, который и не был настоящим и который, вероятнее всего, воспользовался случаем и сбагрил эльфа двум алчным до дракончиков девицам.

И он промолчал. И неизвестно до чего бы это дошло, - уж очень вспыльчивой была Дот'тир - но тут из каюты мага вышла путешествующая с этим кораблем знахарка, оставшаяся подлечить раны эльфийки, и сообщила, что ее необходимо подменить - с пациентом пока следовало находиться постоянно в силу ее тяжелого состояния. Кинув последний уничижающий взгляд на эльфа, троллиха первая вернулась в каюту.

Мона была довольно бледной даже для кровавой эльфийки - почти что серой от большой потери крови. Но все же она пыталась казаться бодрее и здоровее, чем есть, особенно, когда увидела на пороге друида. Кое-что уже всплывало в памяти пострадавшей, и от вида вошедшего следом эльфа глаза Монаэль расширились от страха.

  • Не фони, уйди куда-нибудь, - буркнула эльфу Дот'тир. Тот покинул помещение. Троллиха пытливо посмотрела на эльфийку. Вообще-то, волновал девушку один вопрос, который она пыталась задать со вчерашнего дня. Но как-то не вышло... А сегодня Мона Тайная была не в том положении, чтобы отвечать на сложные вопросы. И друид решила подождать еще, пока ее спутница окончательно не поправится. Но та, похоже, заметила озабоченный взгляд троллихи и не преминула спросить, в чем же дело.
  • Да так, ни в чем... Потом спрошу. Какие там компрессы из льда тебе прописали? - кажется, даже сейчас Дот'тир с трудом могла забыть недавний случай и сломанный клык.
  • Ха-ха, как смешно... - устало произнесла Монаэль. - Давай выкладывай, что там у тебя.

И любопытство друида плюс настойчивость эльфики сделали свое дело.

  • Откуда ты знаешь мое имя? - вот так сходу, потому как не любила троллиха долгих вступлений. Кажется, именно этого вопроса больше всего ожидала маг и больше всего его опасалась. Да, она все еще не знала, как это объяснить друиду, и жалела, что имя все же сорвалось с ее языка. У всех были свои секреты...
  • Не помню, услышала где-то в городе... - отвела взгляд Мона. - Извини, я что-то устала... - девушка повернулась на бок спиной к троллихе, но глаз так и не закрыла. Сейчас ее мучили не боли по всему телу, а странные отношения с этой девицей, перешедшие на новый уровень, еще более странный и запутанный. А также родное прошлое, которое преследовало ее по пятам.

Дот'тир же прекрасно осознавала, что слова магички были всего лишь неумелой отмазкой. И пообещала себе, что обязательно выяснит, что творится с ее спутниками. Дождавшись знахарку, девушка вышла из каюты на палубу. Уже успело стемнеть, и в покачивающейся глади бескрайнего моря отражались мириады звезд, усыпавших такое же темное небо...

Глава 5. Тайны эльфов

Утро началось с гудка пароходной сирены (уж на что только не способны эти гоблины) и активного шевеления на палубе. Мона чувствовала, что у нее начинается мигрень после недавнего нападения. Конечно, она уже успела оправиться, да и раны с ушибами зажили благодаря заботе корабельной знахарки, но все равно в теле была слабость. А Доттир все шутила, что пара кружек лучшего эля Пиратской Бухты - и всю слабость как рукой снимет. Все оставшиеся до приезда в пристанище пиратов и охотников за сокровищами дни "племянник гоблина" старался не попадаться на глаза девушкам во избежание ненужных расспросов. Все время до прибытия он отсиживался в своей каюте, но Монаэль не было до него никакого дела, в отличие от Доттир. Да, троллиха не оставляла попыток выяснить происходящее вокруг - ведь, казалось, у всех здесь были секреты, кроме нее самой. И, в отсутствие каких-либо событий, друид все чаще сидела и размышляла, строя догадки и предположения - одна безумнее другой. Но вот, наконец, скучные дни в море закончились, и пора было продолжать неблизкий путь. Им предстояло пройти через Восточные королевства, и, конечно, через земли Альянса. Но сначала туда нужно было добраться живыми...

Небольшой процессией пассажиры спустились с корабля по трапу и сразу же были окружены всевозможными предложениями о жилье, товаре и прочих услугах весьма сомнительного содержания. Однако, Доттир не стоило труда пробраться через всю эту толпу, потянув за собой и своих спутников - одного только предупреждающего взгляда хватило. Как и обещала, троллиха потащила эльфийку прямо в местную таверну, явно уверенная, что стоит задержаться в бухте, отдохнуть денек, набраться сил... Приятно было вновь ощущать твердую землю под ногами, несмотря на то, что поселение было, по большей части, построено на воде.

Эльф, плетущийся позади девушек, осматривал местность. Он был здесь впервые, или считал так... Во всяком случае, он не помнил этого места, хоть и предполагал, что наложенное проклятие могло стереть многие воспоминания. Взгляд сразу бросался на разбитую статую гоблина, в которой, по слухам, нашли несметные сокровища. Конечно, надеяться там уже было не на что - все, кто желал, выгребли полость монумента подчистую. Вообще было странно, что спустя много лет существования Пиратской Бухты количество страждущих богатств так и не поубавилось. Казалось, здесь уже нечего искать... Но каждый вечер пьяные дебоширы устраивали в поселении погром, от которого наутро шаткие домишки все больше косились к морю.

После нашествия Черного дракона здесь тем более безостановочно шел вечный ремонт. К многоэтажным пирамидам домов добавлялись новые, старые же укреплялись. Самым устойчивым местом здесь была "жемчужина" бухты - таверна. Так и сумбурная компания завалилась в помещение, наполненное спертым воздухом, прокуренными одеждами и запахом рыбы.

На вошедших мало кто обратил внимания - только парочка нервных орков, да в хлам напившихся дворфов - но эти искали себе компанию, с корой можно продолжить веселье. Именно они пытались подозвать девушек и эльфа к себе за стол приглашающим жестом, но столкнулись руками и принялись ругаться на чем свет стоит.

Троица уселась за свободный столик в самом дальнем конце помещения и заказала три кружки крепкого напитка. К сожалению, местный эль оказался таким гадким, что его было невозможно пить без закуски. Пришлось раскошелиться и на пару крупных копченых рыбин - единственного вида закуски в этом вонючем месте. После получаса, за которые Мона успела пару раз подавиться, Доттир в неприязни к здешнему пиву и всей Пиратской бухте в целом обплевать весь стол и сидящего напротив эльфа, а последний втихаря вылить содержимое своей кружки в стоящий рядом чахлый цветок, троллиха решила, что дальше здесь рассиживаться нет смысла.

Путешественники хотели как можно скорее покинуть это неприятное местечко, но на улице уже порядком стемнело, а выходить в джунгли Тернистой долины на ночь глядя было бы полным безумием. Да и требовалось подыскать "грузу" в лице эльфа транспорт - прокатного волка пришлось вернуть в Оргриммар еще из Кабестана, а своих верховых животных эльфийка и троллиха взяли с собой. Решив, что всем этим лучше заняться с утра, компания отправилась спать на постели, вонявшие плесенью и сыростью.

В комнате, которая по сути была каютой части старого корабля, было неприятно и даже жутко. Впрочем, что еще можно было ждать от Бухты, населенной разбойниками и пиратами? Доттир окинула Мону оценивающим взглядом.

  • Что-то ты не ахти выглядишь, - попыталась подначить эльфийку троллиха. Но Монаэль лишь исподлобья посмотрела на спутницу, своим видом говоря "ха-ха, как смешно". Доттир лишь пожала плечами - эти вечные разборки с магичкой начали ей надоедать.
  • Как думаешь, наше путешествие еще имеет смысл? Мы, конечно, алчно накинулись на дракончиков, но выполнит ли гоблин обещанное? - казалось, эта мысль давно уже терзала друида.
  • Не стоит считать гоблинов нарушителями собственного обещания. Конечно, эти зеленые хмыри - те еще пройдохи, но слово свое они держат. Иначе давно бы уже слетели с верхов мирового рынка... Другое дело, считает ли коротышка, что мы доберемся обратно живыми, а не разобранными по кусочкам, завернутые в подарочную упаковку, - хмыкнула Мона, расстилая постель.
  • Тогда мы просто обязаны вернуться после избавления от этого странного типа в Луносвете! - заявила Доттир, уже предвкушая удовольствие от одного вида физиономии гоблина, понявшего, что его план с треском провалился.

Девушки не спешили ложиться спать в непривлекательные объятия плесневелых простынь. Поэтому они еще долго обсуждали дальнейший путь через джунгли Тернистой Долины на сервер Восточных Королевств. Но вскоре сон сморил эльфийку с троллихой, и они уснули прямо за столом...

* * *

Наступившее утро не предвещало ничего хорошего. У Доттир ломило все тело после ночи вне кровати. Мона, которой тоже плохо спалось, сжалилась над друидом и предложила ей пару своих бодрящих настоек, завалявшихся в кармане. Завтрак все в той же таверне прошел сонно и вяло. Каждому из троицы уже не терпелось выбраться из Бухты. Но сначала следовало найти подходящий транспорт для эльфа.

Смахнув крошки черствого хлеба с лица, Доттир со скрипом отодвинула стул и направилась к хозяину таверны. После недолгих разговоров девушка положила на стол пару золотых монет и довольная вернулась к спутникам.

  • Радуйся, я нашла тебе неплохую лошадку за символическую плату, - бросила друид эльфу. Но тот не проявил должного участия, смотря задумчиво куда-то вдаль. Хотя Доттир не могла не считать, что идиота из себя "племянничек" строил только специально, троллиха замечала, что после его раскрытия эльф продолжает порой вести себя странно.

Намереваясь продолжить неприятное путешествие, которое с каждым днем доставляло все меньше радости, трое двинулись к выходу из помещения. Но в этот момент в узкий дверной проем решил пробраться человек. Его манера двигаться, одежда сразу давали понять, что этому типу доверять не стоит. Впрочем, удивляться нечему - это не первый разбойник или пират, которого они здесь видели. Приличных людей в Пиратской Бухте было меньше, чем доброты в чернокнижнике.

  • Ох, прошу прощения, госпожа, - искренним тоном вежливо произнес человек, склоняясь в поклоне перед Монаэль, на которую так неудачно налетел. Эльфийка же, гордо подняв голову, прошествовала мимо бандита.

Выйдя на улицу, Доттир вдохнула солоноватый воздух. Это было лучше душной таверны, хоть и не внушало чувства свежести. Им нужно было подняться на верхний ярус поселения, где их уже ждал конь для эльфа.

"Опять гоблины.." - Доттир уже тошнило от их зеленых морд, но что поделать - пришлось еще задержаться на несколько минут, чтобы оформить лошадь "по стандарту", как выражался продавец скакунов.

  • Имя? - требовательно спросил гоблин эльфа, глядя на того снизу вверх. Эльф на секунду задумался. Он не помнил своего имени, а названный дядька звал его каким-то ужасным гоблиновым прозвищем, которое нерадивый племянник так и не мог запомнить. Тогда он произнес то имя, которое пришло ему на ум и которое казалось подходящим для эльфа крови:
  • Мэлорн.

Продавец кивнул и вписал корявым почерком в ведомость эльфа под его новым именем. Мэлорна еще долго расспрашивали, причем некоторые вопросы казались совсем неуместными или даже глупыми. Но тот покорно отвечал, изредка возводя глаза к небу.

Доттир перестала вникать в суть беседы эльфа и гоблина, поэтому она заметила, как Монаэль стояла в паре метров с отрешенным выражением лица. Что могло повергнуть девушку в такой шок?

  • ...Мона! Монаэль!! Монти!!! - троллиха пощелкала перед лицом эльфийки, когда та, наконец, очнулась. - Что случилось? - друид говорила членораздельно, будто маг начисто лишилась рассудка.
  • Я не могу колдовать. Даже простую еду создать не могу! - в голосе эльфийки прослеживались истеричные нотки. - Ты понимаешь, что это значит? У меня украли его! Нигде нет!! - теперь Мона по-настоящему истерила, и что бы ни было украдено, это было значимо для мага.
  • Так, успокойся. Давай по порядку. Что у тебя украли? - Доттир не собиралась психовать.
  • Камень магии. В нем заключена сила Солнечного Колодца... Часть силы. Откуда я, по-твоему, магию черпаю? Я же кровавая эльфийка! - разозлилась Мона, видя непонимающее лицо друида. Но, кажется, придется потратить еще время, чтобы объяснить троллихе суть происходящего.
  • Ты знаешь, что за магию всегда приходится платить чем-то? Чернокнижники продают свою душу Тьме, которая выжигает их изнутри, оставляя лишь злобу... Мы же, эльфы крови, за свои привязанность к магии уже заплатили. Своей сущностью, своей зависимостью. Нам постоянно приходится контролировать себя, но вместе с этим мы должны иметь источник магии, связь с ним, - торопливо говорила Монаэль.
  • Хм, а я ничем не платила, - возразила Доттир.
  • Ты не маг, дорогуша. Силы стихий, природы - не магия. У вас гармоничный симбиоз - вы уважаете и чтите их законы, а они взамен дают вам право пользоваться их силами. Не понимаю, как ты могла этого не знать, - презрительно отрезала эльфийка.
  • А, ну да, кажется наставница что-то такое говорила мне... - почесала в затылке троллиха. - А ты без этого камня совсем никак, да?.. - но Доттир уже знала ответ на этот риторический вопрос.
  • Конечно, нет! Либо мы до Луносвета идем без моей поддержки, либо срочно ищем вора! Но я больше склоняюсь ко второму варианту, потому что... потому что из всех нас я более опытна и смогу помочь, если вы двое попадете в переделку! - пафосно закончила маг, но Мэлорн, наконец отделавшийся от гоблина, поломал всю превосходную речь Моны:
  • Она хотела сказать, что у нее начнется ломка без магии, - в следующую секунду эльфу пришлось скрыться за телом своей новой лошадки, потому что злая Монаэль решила побить парня своим посохом.
  • Здесь нечего стыдиться, Мона. Это наша суть, такие уж мы... Тебя питаю твои же силы, меня - проклятие, что держит меня, - первый раз при девушках эльф произнес столько много связных слов, что эльфийка даже ошалела.
  • Ну что ж, раз все успокоились... Камень-то искать будем?! Монти, вспомни-ка, кто мог его забрать? - взяла дело в свои руки Доттир.
  • Хм, даже не знаю... Хотя, стой... Этот галантный бандит в таверне... Да, точно он! Отвлек мое внимание, вот хлыст проворный! - а дальше Монаэль разразилась целой тирадой ругательств на эльфийском, от которых уши Мэлорна сворачивались в трубочку - он даже и не мог предположить, что эльфийки умеют так виртуозно ругаться.
* * *
  • Мой лорд... Я нашел это у одного из постояльцев таверны. Может ли это как-то пригодиться Вам? - с протянутой руки вещь слетела будто сама собой, хотя в последнюю секунду человеку показалось, будто что-то холодное коснулось его ладони.
  • Что ж, совсем неплохо... - проскрипел из темноты чей-то голос. Лорда Атрэуса никто из его свиты не видел, не говоря уже о наемниках. - Я заберу это.
  • Хм, мой лорд... Я бы не отказался от небольшой оплаты за подарок... - робко пропищал человек. Его карточные долги были уже слишком велики, чтобы он не мог позволить себе долю дерзости перед хозяином.
  • Оплата? Что ж, я вознагражу тебя, о да... - неприятных смех заполнил тесное пространство с сырыми стенами и залитым водой полом. - Стражи! Выполните волю своего господина!

Тут же разбойника обвили какие-то не то щупальца, не то лианы - в темноте было не различить - и потащили прочь из комнаты. Сквозь вопли "Неет! Нет! Пощадите!" раздавался хриплый хохот лорда Атрэуса...

Глава 6. Охотница

«...И вспыхнут в ночи костры,
Сквозь ветви, пустые стволы
Там ждут меня эльфы,
Там струны звенят,
Приветствуя праздник весны».
Айрэ и Саруман «Мирквуд»

В славном эльфийском городе Дарнас всегда царила таинственная атмосфера, но сегодня под ветвями молодых деревьев, раскинувших свои корни по всему Тельдрассилу, чувствовалась легкость и непринужденность. Веселая музыка была слышна одновременно отовсюду - словно сотни невидимых ночных огоньков взяли по маленькому музыкальному инструменту. В самом разгаре шел Лунный фестиваль, распространившийся далеко за пределы Лунной Поляны - традиционной хозяйки этого празднества. В небе взрывались сотни хлопушек и фейерверков, рассыпаясь мириадами искр, праздничные напитки текли рекой, а столы ломились от яств.

В Храме Луны было чуть более спокойней и степенней - верховная жрица Тиранда Шепот Ветра принимала высокопоставленных гостей. В последнее время на ее хрупкие плечи все чаще ложились обязанности по "связям с общественностью"; верховный друид Малфурион Ярость Бури был вынужден оставить свою возлюбленную и заняться более глобальными задачами по спасению мира. Тиранда же не переставала волноваться за мужа, хоть и понимала всю важность и необходимость помощи друида Азероту. Однако, это понимание не могло помочь ей смириться.

В Храме тут и там велись светские, но от этого не менее непринужденные беседы, а сама хозяйка одаривала гостей очаровательной улыбкой. Казалось, в этот день ночные эльфы возвращались к своим истокам, вспоминая свое прошлое. И пусть праздник Луны коснулся всего Азерота, этот день был именно праздником ночных эльфов, чья связь с богиней Элуной была наиболее сильна.

Тиранда вышла за пределы Храма и взглянула на небо - луна уже взошла. Значит, скоро самое время... Казалось, жрица ждала кого-то. И ей явно не хотелось принимать этого кого-то перед всеми гостями.

В тени деревьев, окружавших Храм, послышалось шуршание листвы. Тиранда улыбнулась - если источник шума хотел бы остаться незамеченным, ему бы это удалось - эльфы славились своей способностью маскироваться в ночи. Тиранда сделала шаг навстречу шуму, и из темноты вынырнул силуэт эльфийки со смуглой кожей. Ее одежда была легка, как легкое дуновение ветра, но за спиной висел полный колчан и резной лук.

  • Я знала, что ты придешь, Веленсия, - чуть улыбнулась верховная жрица. Охотница была немногословна и лишь учтиво поклонилась в знак приветствия. - Где же твой верный друг? - Тиранда Шепот Ветра посмотрела на редко пустующее место подле девушки.
  • Не сочла пристойным приводить Бэга на почетное мероприятие, - вежливо ответила Веленсия, но в глазах ее сверкнули бесенята.
  • Ну, ты же все равно не зайдешь в эти двери, - могло показаться, что сама жрица не хочет пускать еще одного гостя в Храм.
  • Да, попрошу избавить меня от этой сомнительной чести, госпожа, да ведь и я тороплюсь, - скрытое издевательство в голосе охотницы было почти неуловимо, но Тиранда даже не показала виду, что слова собеседницы были слишком язвительны для верховной жрицы.
  • Ты же прекрасно знаешь, зачем я ждала тебя здесь. Сегодня Лунный фестиваль, и Лунная поляна... - начала было Тиранда, но Веленсия резко оборвала ее.
  • Ой, не начинай... Я уже двести раз это слышала, но у меня по прежнему нет желания тащиться туда с ними, - на последнем слове прекрасное личико Веленсии скривилось в явном отвращении к непроизносимым в разговоре, но прекрасно знакомым обеим сторонам "ним".
  • Прости, но, кажется, у тебя нет выбора, - огорченно развела руками Тиранда. - И ты это прекрасно понимаешь. - Охотница лишь сокрушенно кивнула, в тайне надеясь, что появится какое-то внезапное решение, и не придется делать то, что было предрешено уже сотни лет назад.
  • Тогда отправляйся сегодня же, - поторопила девушку Тиранда, вновь тепло улыбнувшись. Жаль, что все те многочисленные гости, ожидавшие хозяйку в Храме Луны, никогда не смогут увидеть этой теплоты в ее взгляде, которым жрица смотрела лишь на своих близких и дорогих людей.

Тень охотницы лишь раз мелькнула в ночи, и Тиранда была уверена, что никто другой не справится с важной миссией лучше, чем Веленсия. Но на душе жрицы все равно было тревожное беспокойство, которое, наверное, уже никогда не утихнет... Тиранда развернулась и вошла в Храм, все так же ослепительно, но холодно улыбаясь своим гостям.

* * *

Ее легкая поступь привлекла внимание небольшого отряда элитных бойцов, которых отправляли только на самые ответственные задания, исход которых был важен если не для всего Азерота, то для всех ночных эльфов точно. Как по команде, воины отдали честь своему капитану, которая лишь кивнула. Это было не похоже на нее - лицо эльфийки выражало крайнюю степень озабоченности и волнения.

  • Капитан Веленсия! Отряд готов выступать! - с энтузиазмом в голосе проговорил один из воинов. Эти парни любили свою работу, уважали своего капитана, но охотница лишь помотала головой.
  • Нет, ребята, сегодня я плыву одна.

Под удивленные и даже несколько обиженные взгляды эльфов Веленсия ступила на трап дарнасского корабля, чтобы отчалить прямо к Пиратской Бухте. Кажется, впервые задание верховной жрицы не приносило ни удовольствия, ни радости.

В знак приветствия кивая матросам, охотница удалилась в свою каюту, и только там смогла, наконец, дать выход давно мучавшим ее чувствам.

  • Какого черта я должна помогать каким-то ордынским отродьям?! - Веленсия ударила кулачком по стене каюты так, что закачалась картина с изображенным на ней морем, что висела над головой девушки. Но опасность получить острым углом по макушке была проигнорирована разгневанной эльфийкой. - Эти сопляки не могут сами справиться со своими проблемами? Могли бы послать кого-нибудь из Штормграда - вот где дипломаты сидят... Эльфы, тролли - ненавижу! - в порыве эмоций Веленсия схватила со стола какую-то статуэтку и запустила ей в дверь каюты.

Один из матросов, зашедший проведать капитана в неподходящий момент, едва успел отскочить от внезапного предмета, нацелившегося ему в голову. Кажется, эта ситуация немного поумерила пыл Веленсии, и та даже извинилась, спросив, чем обязана визиту.

  • Мы просто услышали шум из вашей каюты и заволновались, - матрос уже сам жалел, что решился зайти сюда. Нет, капитан Веленсия не была суровой, иногда она даже любила пошутить со своей командой, но настроение ночной эльфйки было слишком переменчивым, и любая досада могла вывести ее из себя.
  • Со мной все в порядке, идите и занимайтесь своими делами. Нам нужно как можно быстрее попасть в Бухту, - при одном упоминании своего задания лицо охотницы вновь выдало презрение, но делать было нечего - и эльфийка начинала уже смиряться с неожиданными решениями Тиранды.

Тиранда... Сколько веков они уже были знакомы? Казалось, вечность. Верховная жрица - тогда еще почти девочка - очень тяжело переживала предательство Иллидана, и может все бы обернулось иначе, но на горизонте жизни эльфийки появилась сильная и так необходимая в тот момент Веленсия. Ее буйный характер, так и не утихший за многие года, стал опорой и спасением для Тиранды, уже было совсем отчаявшейся. Именно Веленсия заново поднимала подругу на ноги, вселяла новую надежду в ее жизнь. Да, они были лучшими подругами, и после возвышения Тиранды по прежнему оставались близки друг другу.

Тиранда не могла не перестать переживать - по любому поводу: за свой народ, за их отношения с Вел, за мир... Кажется, старые раны давно закрылись благодаря заботе охотницы, но они лишь были присыпаны пеплом прошлого. И от этого на душе жрицы становилось не легче. А Вел - она всегда делала вид, будто ей отвратительна сама мысль о добрых делах. Но Тиранда видела подругу насквозь, и именно поэтому отправила ее на такое задание. И Тиранда тоже чувствовала ее боль. Этим они были повязаны - незалечимой душевной травмой, предательством любимого человека. Но Вел так тщательно скрывала свою боль, что лишь одна ее подруга смогла углядеть, распознать и раскрыть ее. И Веленсия продолжала жить со своей раной и виной, пока Ти пыталась годами излечить ее душу.

Тревожные воспоминания вновь нахлынули волной, заставляя захлебываться в них. О, как старательно Веленсия пыталась забыть о том, что случилось так давно! Но некоторые раны не заживают никогда. И Вел ненавидела свою почти бессмертную жизнь, снова и снова бросаясь навстречу опасностям, лишь бы отогнать неприятные мысли прочь. И эльфийка чувствовала, что предстоящую неделю путешествия она проведет в объятиях прошлого.

* * *

Корабль Дарнаса обогнул порт Пиратской Бухты и причалил к скрытому строительными лесами и высокогорьем берегу. Им ни к чему было лишнее внимание. Матросы остались охранять судно от пиратов, а сама Веленсия отправилась в пекло городка - таверну. Конечно, в Бухте давно перестали обращать внимание на странных личностей, но охотница решила привлекать к себе поменьше внимания, накинув длинный меховой плащ с капюшоном, скрыв им лук и пару кинжалов. Бэг же бродил где-то неподалеку, готовый примчаться на первый зов хозяйки.

Эльфийка уселась за самый дальний столик, надеясь, что не получит порцию мужских взглядов в свою сторону. Улыбчивая официантка вскоре принесла кружку безалкогольного нектара - ни к чему было мутить свой рассудок в разгар задания, хотя сейчас девушке так этого хотелось. С корабля она сошла настолько измученной, что матросы подумали, не началась ли у их капитана морская болезнь. Они уже давно это подозревали, даже не догадываясь о том, что море всегда навевало на Веленсию тягостные мысли.

Скрытые капюшоном глаза эльфийки настороженно следили за залом и его посетителями, а длинные уши четко ловили каждый звук, пытаясь различить разговоры. Веселые бредни подвыпивших человека и дворфа, женская незатейливая болтовня за соседним столиком - и нигде ни слова о искомой троице. Видимо, эта банда олухов так и не смогла привлечь к себе должного внимания... А может, просто не казалась никому интересной.

Веленсия уже собралась уходить, доставая из внутреннего кармана плаща пару медных за напиток, как заметила только что вошедшего гоблина, деловито направляющегося к своему торговому партнеру. То, что та парочка пришла сюда не мило побеседовать за кружкой крепкого эля, охотница поняла сразу. Да и разве гоблины могут говорить о чем-то, кроме сделок?

Новый посетитель протянул собеседнику мешочек, недвусмысленно звякнувший при передаче. До Вел донеслись обрывки разговора:

  • ...странному типу! Он так и разинул рот, будто в жизни лошади не видел! А потом та фифа эльфийская чуть не побила его своим посохом! Представляешь? Да я бы сам этой дубинки с рогами испугался, ежели бы она мне светила. Кстати, кажется, у этой девицы что-то украли, надеюсь, это не кто-то из твоих людей - я не хочу быть заляпанным грязью твоей репутации, - и два гоблина разошлись смехом. Они говорили что-то еще, но Веленсия уже услышала то, что хотела. Почти бегом метнувшись из таверны, она легким свистом подозвала Бега, почти мгновенно оказавшегося рядом - и два силуэта, будто тени, помчались прочь из этого адского местечка.
* * *

В полузатопленной пещере витал затхлый воздух с примесью рыбьей чешуи. С покрытых плесенью и мхом стен свисали темные бесформенные комки, мало напоминающие живые организмы, которыми когда-то были. Но самым жутким, до мурашек по коже, было полное отсутствие каких-либо звуков. Мертвая тишина давила на уши, заставляя нервно озираться вокруг в ежесекундном ожидании нападения со спины.

В дальнем конце пещеры - которая оказалась лишь холлом большого "дома" - черной дырой зиял туннель, приглашая в свои прохладные объятия. Несколько метров полной тишины и темноты, раздвигаемой лишь парой светящихся лунным светом глаз, тянулись вечность.

И тут на них обрушился шквал звуков. На самом деле, не было в них никаких отголосков резни, борьбы или криков... Просто шум капающей воды, но, спустя десяток минут безмолвности, эти падающие капли отдавались громом в ушах.

Их неподвижные тела были разбросаны по разным концам пещеры - чья-то огромная сила расшвыряла их, будто легчайшие тряпки. Неестественно изогнутые руки и ноги, словно неумелый мастер кое-как собрал кукол... И ни намека на того, кто посмел это сделать.

  • Опоздала... - ошарашенно глядя на эту картину, прошептала Веленсия. Бэг печально заскулил рядом.

Глава 7. Последний бой

Пробуждение было резким и неприятным. Словно твой обретенный вечный покой был жестоко нарушен, будто кто-то вырвал тебя из объятий смерти и беспардонно впихнул в жизнь. Болело все, даже, кажется, волосы ныли. Доттир, похоже, лежала - это было трудно определить из-за нарастающей головной боли. Попытка подняться или даже изменить положение тела обернулась крахом и головокружением. Тогда троллиха попыталась хотя бы понять, где находится. Облепленные сгнившей плотью стены были смутно знакомы... Вообще, девушка не помнила, что с ней произошло за последний час. Но и лежать просто так, беспомощно, было не в привычке друида.

  • Эй! Есть здесь кто-нибудь? - Доттир не узнала своего голоса, прозвучавшего будто со стороны. Но обращение было услышано, и где-то справа раздались шаги, так гулко отдававшиеся в пещере.

Троллихе удалось сфокусироваться на расплывчатом силуэте и понять, что над ней склонилась ночная эльфийка. Альянс! Силы взялись из ниоткуда словно по волшебству, и друид уже спустя секунду стояла на ногах, чуть пошатываясь, но вполне готовая обороняться.

  • Стой где стоишь! В плен меня взять надумала? Не выйдет! - троллиха, скалив клыки, злобно смотрела на противницу. Но та лишь изумленно подняла брови.
  • Ты чего? Какой плен? Я спасла тебя и твоих друзей! Права я была, эта троица просто сумасшедшая... Особенно эта девица, - последние фразы эльфийка пробурчала себе под нос. Но просто так ей верить не собирались.
  • Они мне не друзья! И где они? И вообще, где мы находимся, что это за место? - Доттир по-прежнему держала защитную позицию, не доверяя новой знакомой.
  • А ты не помнишь?.. Я тоже бы хотела получить ответ на этот вопрос. А что насчет твоих дру... товарищей, то посмотри вокруг себя, - с ухмылкой произнесла эльфийка, показав рукой за спину друида.

Опрометчиво было так резко оборачиваться назад, позабыв про соперника, но атаки не было. Зато были два эльфа - Мона и Мэлорн, лежащие без сознания, но определенно живые. Доттир с перекошенной гримасой вновь повернулась к незнакомке.

  • С ними все в порядке, просто твой дух оказался сильнее. Они скоро очнутся, - спокойной произнесла девушка, нисколько не страшась гнева друида.
  • Что произошло? Тебе придется вспомнить, - предупредительно сказала эльфийка, видя непонимание троллихи. - Я лишь знаю, что у Монаэль что-то украли - слышала, как два гоблина беседовали об этом в таверне. Я поспешила за вами.
  • Украли... Да, какой-то камень. Мы подозревали одного воришку, что столкнулся с нами в дверях "Старого моряка", но позже нигде не могли его найти... Однако его товарищ по "бизнесу" под моим напором выдал, что воришка направлялся в сторону этой пещеры для встречи с каким-то лордом... Помню, как мы пришли сюда. Дальше все, как в тумане, - развела руками Доттир. Ее и саму волновало, что же с ними случилось. - Но как ты нашла нас? И зачем спасла? Кто ты?
  • Веленсия. А ты Доттир, приятно познакомиться, - с удовлетворением смотрела охотница на изумленную такими познаниями незнакомки о первых встречных. Или... ее появление здесь не случайно? - Шла-шла, и нашла. Бэг прекрасно берет след, - Веленсия махнула в сторону ковырявшегося в мусоре саблезуба. - А вот вопросы "почему" не задают своим спасителям. Просто будь благодарна, что я оказалась в нужное время в нужном месте. И с нужным эликсиром... - Веленсия усмехнулась кончиком рта, слегка обнажив зубы.
  • Да уж, весьма сомнительно, когда тебя спасает альянсовское отребье, - буркнула Доттир, но чуткий слух ночной эльфийки это разобрал. Веленсия вскипела.
  • Да что ты понимаешь! Думаешь, оно мне надо бегать за вами?! Спасать от смерти... Учти, настанет момент, когда ваши опрометчивые головы некому будет защитить! И с чего Ти взяла, что именно эти бездари способны... - эмоциональный словесный поток был прерван в мгновение ока вставшим между охотницей и друидом Бэгом и предупреждающе зарычавшим на свою вспыльчивую хозяйку. Та замолчала, зло поглядывая на Доттир и пытаясь сообразить, много ли лишнего сболтнула. Плохо, что теперь троллиха смотрела со скрытым подозрением и жаждой все выяснить.
  • Думаю, дальше вы справитесь и без меня. Мое дело сделано, а здесь мне не рады, - язвительно заявила Веленсия и подозвала Бэга, поднимаясь с земли. "Чтоб я еще раз послушала Тиранду! Я ее убью, честное слово... А Малфуриону скажу, что это благодарные выжившие отплатили", - никакой долг не шел в сравнение с таким "спасибо", и охотнице было уже плевать на предназначение, на видения шаманов и предчувствия Верховной Жрицы... Она собиралась покинуть поле боя. Но тут знакомый голос, который эльфийка сейчас так ненавидела, прошептал в голове Веленсии: "Помоги им... Помоги Азероту!" Охотница сжала кулаки. Она не могла все бросить вот так, не могла уйти. Именно за это Верховная Жрица так ценила подругу.
  • Идем, разыщем вашего гада. Эти двое полежат здесь, я их спрячу, - Веленсия провела раскрытой ладонью над двумя телами эльфов, и тех скрыла прозрачная дымка, вскоре пропавшая вместе с Моной и Мэлорном. - Одна знакомая жрица научила меня кой-чему, - пояснила эльфийка. Доттир лишь презрительно усмехнулась.
* * *
  • Что это? - троллиха осторожно понюхала протянутый охотницей флакон.
  • Пей, не отрава, - видя недоверие во взгляде друида, Веленсия, вздохнув, добавила: - Зелье Выносливости. Оно придаст тебе сил.

Но как же не хотелось выяснять чьи-то проблемы! Как хотелось развернуться и уйти, повторяя себе, что мир обойдется и без них. Они всего лишь пешки, как и все, живущие на этой планете...

  • Слышишь? - доносящиеся звуки первой услышала друид, так как Веленсия была занята своими мыслями.

Гробовая тишина, нарушаемая шагами двух девушек, стала постепенно наполняться звуками, по мере того, как путники шли по извилистому коридору подземных ходов. Капающая вода, шуршание будто одежды по полу. Или змеи... Очень большой змеи.

Веленсия потянула Доттир на себя, потому что коридор заканчивался. Охотница прикрыла глаза и спроецировала свой взгляд в центр огромного зала, гораздо больше того, где она нашла безжизненные тела. Но то, что увидела эльфийка, заставило ее охнуть и отшатнуться. Это было слишком громко. Из зала раздался резкий голос:

  • Кто там? Приведите их сюда! - и Доттир с Веленсией влетели в комнату, наполненную мраком. По рукам и ногам обхваченные чем-то скользким, они не могли пошевелиться, лишь с ужасом наблюдая, как из темноты к ним выходит чья-то огромная тень. Веленсия хотела прикрыть глаза, но вместо этого смотрела на то, что видела Орлиным взглядом секунды назад. И вот вспыхнувший мертвенный свет показал им выступившую вперед фигуру...
  • Безликий!!! - страх сковал девушек не хуже держащих их щупалец.
  • Добро пожаловать в гости к лорду Атрэусу, - зловеще захохотал монстр.
* * *
  • И что теперь делать?! Это твоя вина! - заорала Доттир, безуспешно пытаясь выбраться из щупалец.
  • Не ори! Я пытаюсь что-нибудь придумать, - огрызнулась Веленсия.
  • Ха-ха-ха! Вам уже ничто и никто не поможет! Вы вторглись в мои владения и будете убиты, как были убиты многие до вас! Лорд Атрэус не щадит никого!!! - противный голос безликого многократно отражался от стен, усиливая эффект зловещести.
  • Так чего же ты ждешь? - крикнула охотница в лицо минстра, точнее, туда, где лицо должно было быть.
  • Вы что же, даже не будете молить о пощаде? - удивился безликий.
  • Такая козявка, как ты, того не стоит! Бэг!!! - что есть силы завопила эльфийка.
  • Зови-зови свою собачку, она не придет! Она бросила свою хозяйку, - издевательски произнес Атрэус и в следующую секунду завопил от боли. Девушки сразу почувствовали, как хватка щупалец ослабла, а потом вовсе отпустила их.
  • Бросила, говоришь? Бэг никогда меня не подводил, - Веленсия вскочила с земли, выхватывая из-за спины свой лук. Недаром она была закаленным веками бойцом, участвовавшим во многих сражениях и вылазках со своим элитным отрядом. Бэг продолжал наносить молниеносные атаки по ногам безликого, а тот вертелся, не понимая, как достать животное. Но один пинок настиг-таки саблезуба, и тот отлетел к сене, жалобно взвизгнув.
  • Доттир, помоги! Одной мне не справиться! - бросила в сторону троллихи Веленсия, быстрыми и отточенными движениями выхватывая очередную стрелу из колчана и кладя ее на тетиву.

А Доттир, признаться, растерялась с самого начала. Она все смотрела на разгорающуюся битву, не в силах сделать шаг и помочь эльфийке, и только ее очередной вопль вывел друида из оцепенения. Зелье действительно действовало. Силы были. Доттир чувствовала, как закипает кровь вместе с превращением в исполинского черного медведя, который тут же бросился на монстра, раздирая ему спину могучими лапами. Безликий никак не мог дотянуться до друида, чтобы скинуть его с себя. А Доттир вошла в раж и превратилась просто в машину для полосования врагов.

"Я не могу пробить его, стрелы отлетают! Не доводилось мне встречаться с безликими раньше один на один..." - попытки Веленсии найти слабое место Атрэуса были бесплодны.

Тогда охотница принялась вспоминать все, что знала об этих существах. Они прятались в своих пещерах, напоминавших утробы каких-то существ, и редко приходилось кому-то из живых пересекаться с ними. Этой троице определенно "везло"... Но где-то же должно быть их слабое место! Оно есть у всех...Толстая скользкая кожа, которую не могли пройти насквозь даже крепкие когти друида, не пропускала и стрелы охотницы. Это существо казалось непробиваемым, с торчащими из непредсказуемых мест отростками... И тут Веленсию осенило.

  • Бей по маленькому щупальцу у него на хребте! Повреди его!

Но сказать легче, чем сделать. Безликий тоже услышал этот крик. Он яростно взревел, ведь мало кто знал его секрет. Атрэус завертелся волчком, желая скинуть друида со своей спины, и Доттир все же не удержалась и слетела с безликого, ударившись о землю. Чудовище захохотало и двинулось на последнего оставшегося врага. Веленсия продолжала пускать стрелы, некоторые успевая заговаривать, и отходила назад, пока не уперлась спиной в хлюпнувшую стену. И вот монстр был настолько близко, что стрелять в упор стало невозможно. Но охотница не собиралась так просто сдаваться, хотя и понимала в глубине души, что бой один на один проигран. Кинжалы для такого огромного существа были просто зубочистками. Единственно верным способом победы был маленький отросток, но он был вне досягаемости.

Прижатая к стене и схваченная за горло, Веленсия задыхалась и даже не могла сказать ни слова. Да и кого было звать на помощь? Доттир и Бэг лежали без сознания...

  • Прощайся с жизнью, эльфийка.

Сколько раз она это делала за последнее тысячелетие? И сколько раз ей давали очередной шанс. Ти говорила, что Вел поистине бессмертна. Но в такую передрягу она еще не попадала - всегда рядом были союзники. Сейчас она осталась одна, совсем одна... Ее просто задушат, как котенка. В последнюю секунду своей жизни эльфийка видела мелькнувшую впереди тень. Они пришли за ней...

Но тут лорд Атрэус пошатнулся и стал заваливаться на бок. Он был крайне ошарашен, что кто-то сумел добраться до него. Тонны мышц сотрясли землю под упавшей Веленсией. Потирая отекшее горло, она оглядывалась в поисках того, кто стал ее спасителем.

За спиной безликого лежал Бэг с зажатым в пасти оторванным отростком.

Глава 8. Касание Смерти

Какие-то давящая тишина и сосущая пустота заполнили пещеру после битвы. Два раза за несколько минут потерять сознание - не было ли это слишком для Доттир? И сколько жизней стоила эта битва? Кашляя и не в силах подняться на ноги, Веленсия подползла к тому, кто всегда был самым верным ее другом, кто был ее спутником всю его жизнь, и кто сейчас стал их спасителем. Большой пятнистый кот тяжело дышал, по-прежнему сжимая в зубах слабый отросток безликого. Глаза Бэга выражали мучительную боль. Зверь плакал, и крупные шарики слез терялись в его темной шерсти. Он будто спрашивал свою хозяйку, почему ему так больно, почему его внутренности скручивает, словно жгут в тугой узел, почему он не чувствует своих лап...

Охотница знала ответ на эти вопросы. Знала она и то, что ее друг не выживет - темный, словно чернила, яд отростка уже попал в кровь Бэга, и его смерть - теперь лишь дело времени. Дорого платил тот, кто убивал безликого, откусывая его слабое место. Чернильный яд действовал медленно, заставляя жертву агонизировать несколько минут, умирать в страшных муках... Совсем скоро Бэг испытает такие невыносимые боли, от которых и человек сойдет с ума. Охотница не желала такой смерти своему верному другу, который никогда не оставлял свою хозяйку в беде, и на этот раз отдав свою жизнь за нее.

  • Бэг... - Веленсия дрожащими руками погладила саблезуба по загривку, по носу... Ее слезы смешивались со слезами зверя, который, кажется, не понимал, почему его морда мокрая. - Прости меня, Бэг... - последний удар проткнутого кинжалом сердца зверя затерялся в страшном вопле эльфийки, отразившегося многократно от сводов пещеры.
* * *

Тяжело, невыносимо больно терять близких. И неважно уже, кто это: твой сородич или зверь... Веленсия ценила животных больше, чем людей, эльфов, троллей - кого бы то ни было. И пусть она была охотницей - это помогло ей научиться ценить жизнь каждого живого существа. Потому что каждый в равной мере заслуживает жизни, и никто не вправе отнять ее просто так, только потому, что он может.

Ночная эльфийка со словно окаменевшим от горя лицом выходила из пещеры, неся на руках тяжелое тело друга. Но его тяжесть не могла сравниться с тяжестью на душе охотницы. Еле очухавшаяся Доттир шла следом, не окликая эльфийку и никак иначе не давая о себе знать, понимая, что сейчас Веленсия находится мыслями очень далеко.

Наверное, в нынешней ситуации никто бы и не вспомнил про оставшихся лежать невидимыми Мэлорна и Мону, если бы друид не споткнулась о них, когда слабость повела троллиху в сторону, заставив покачнуться и сменить траекторию движения. И так и остались бы эльфы невидимками, если бы прикосновение Доттир не сняло заклинания Веленсии. Кажется, эти двое только-только пришли в себя, пропустив всю битву. И Троллиха не упустила бы возможности пошутить по этому поводу, если бы не физически ощущавшийся повисший в воздухе траур.

  • Что... Что произошло?.. - Монаэль попыталась сесть, но резкая боль в голове и головокружение заставили ее изменить решение. Мэлорн же вообще не двигался, лишь изумленно моргая глазами и пытаясь осмотреться из горизонтального положения. Наверное, его ощущение было сродни тому, что голова раскололась на две части, которые раскатятся в стороны, если хозяин головы немного пошевельнется.
  • Вас здорово пришибло огромной темнофиолетовой гадиной... - тихо и кратко пояснила Доттир, оглядываясь в поисках Веленсии. Та неспешно, еле разбирая дорогу, словно в тумане, двигалась к выходу из лабиринта туннелей жилища безликого. - Не волнуйся, эта тварь уже мертва, - добавила друид и про себя подумала, что не только она...
  • А... ты нашла мой кристалл? - слабым голосом поинтересовалась эльфийка. Ох, все этой магичке только до своего кристалла! Может, Вел и не была им другом, скорее, врагом, но Доттир прекрасно понимала, каково это - терять близкого. Эгоистичная же Мона могла думать только о себе. Впрочем, эта злость на эльфийку была необоснованной, ведь та не знала ни о существовании охотницы, ни уж тем более о ее горе...
  • Кристалл? Ты знаешь, его не было в логове безликого... Хотя я и не смотрела толком. И вообще, твой камень - ты и заботься о его поисках! - грубо закончила Доттир, понимая, что совсем позабыла о цели их похода в эту пещеру. Получив от эльфийки полный презрения взгляд, друид поспешила догнать Веленсию, не обращая внимания на исчезающую в недрах туннеля Мону. Конечно, вполне вероятно, что в пещерах водились еще какие твари помимо уже убитой, с которыми лишенная магии Монаэль не смогла бы справиться, но троллиха злорадно подумала, что так ей и надо будет. Мэлорн же, растерянно посмотрев вслед разошедшимся в разные стороны девушкам, все никак не мог выбрать, за кем из них пойти, и, то ли, решив, что ему и тут хорошо, то ли не рискуя подняться, чтобы снова не упасть, остался лежать на хлюпающем полу, дожидаясь возвращения Монаэль.

Выйдя на воздух из затхлой пещеры, Доттир полной грудью вдохнула свежесть морского бриза. Поодаль, найдя небольшой ровный пустырь, над землей склонилась Веленсия. Троллиха не решилась приближаться, издалека наблюдая за погребением саблезуба.

"Земля, прими сына своего к себе, как ты однажды даровала ему жизнь, так и смерть пусть его навеки останется с тобой..." - Доттир не могла на таком расстоянии слышать, что говорит охотница, но они, тролли-друиды, именно такими словами провожали своих близких в последний путь. Может, Вел была настолько убита горем, что не могла сказать ни слова, просто молча стоя на коленях у могилы Бэга. И Доттир не знала, что ей делать. В обстоятельствах чужого горя всегда ощущаешь себя лишним, невольным свидетелем будто чего-то постыдного. Но в смерти нет ничего, чего надо стыдится. Равно как и нет чужого горя, когда кто-то умирает.

Осторожно подойдя к небольшой насыпи, которую успела сделать Веленсия, друид встала рядом с охотницей и помолчала, не зная, нужны ли эльфийке слова и куда деть свои руки. Поколебавшись, троллиха положила свою тяжелую ладонь на внешне хрупкое - на деле же сильное плечо Веленсии и тихо проговорила, с трудом сглотнув комок в горле:

  • Он был хорошим другом, я знаю. И отважным героем, чья смерть не была напрасной, - эльфийка подняла голову, с изумлением воззрившись на друида полными боли глазами, на ее лице виднелись сухие дорожки слез... А Доттир подняла руку и провела ею над могилой Бэга, и пустая земля покрылась травой и цветами.
  • Спасибо, - одними губами произнесла Веленсия и поднялась с цветущей земли. - Я сделала то, что должна была сделать. Теперь мне пора вернуться в Дарнас и доложиться Верховной Жрице. Незачем Монаэль видеть меня и вообще знать, что я была здесь, хорошо? - охотница серьезно смотрела на троллиху, пока та не кивнула в знак понимания. Сейчас Веленсии было легче пережить боль, сосредоточившись на делах и своем долге. И верить, что Бэг попал в лучший мир...

Одинокой тенью ночная эльфийка скользнула по острову, скрывшись за горой, в которой находилась злополучная пещера. Всего лишь через пару минут от Пиратской Бухты отчалил небольшой легкий эльфийский корабль, быстро превратившись в точку вдали. Почему-то с тяжестью на сердце Доттир провожала его взглядом и чувствовала, что они с Вел еще встретятся... Необычное чувство духовного родства завладело друидом после похорон Бэга. Троллиха еще постояла возле могилы саблезуба, пока не услышала, как из пещеры выходит Мона.

И как было ее не услышать? Ворча на Мэлорна, - скорей всего, потому, что больше не на кого было - Монаэль уверенной поступью двигалась к мосту, что соединял остров с постройками бухты, по пути что-то пряча в набедренную сумку. Доттир, выйдя из-за скалы, преградила эльфийке путь.

  • Ну и куда это мы направились? Уж не вздумала ли ты надуть меня со сделкой? - напористо, но вместе с тем хитро поинтересовалась друид.
  • А ты что, уже и соскучиться успела? - кажется, от вернувшегося кристалла Моне стало значительно лучше - пропали круги под глазами, да и общая слабость исчезла. Теперь эльфийка не была серого оттенка, вернув свою природную бледность.
  • Да не дождешься! Судя по твоему сарказму, камень свой ты вернула, - констатировала факт Доттир, первой двинувшись по мосту. Монаэль гордо и надменно пошла следом, делая вид, что ей с троллихой просто по пути. Завершающий процессию Мэлорн лишь пожал плечами и поспешил догнать девушек, поинтересовавшись словно в никуда:
  • Если там и правда был безликий, как Доттир удалось справиться с ним одной и остаться в живых?..
  • Ой, да ей просто повезло. Если, конечно, там действительно был безликий, в чем я сильно сомневаюсь... - язвительно ответила Мона, одной рукой как бы невзначай касаясь сумки, в которой лежал кристалл.

"Знала бы ты, как сильно ты ошибаешься..." - с горечью подумала друид, но не сказала ничего, помня о данном Веленсии обещании. Правду бы пришлось долго объяснять, и без упоминания охотницы и ее погибшего товарища вряд ли бы удалось обойтись.

* * *

Они благополучно добрались до таверны, решив выдвинуться в путь рано утром. Единогласно было принято решение отыскать какой-либо воздушный транспорт, иначе их путешествие вдоль всех Восточных Королевств продлится до самой старости путешественников. Да и забредать на территорию Альянса вовсе не хотелось.

Доттир еще долго ворочалась, погруженная в мысли о произошедшем за день. И она не заметила слабого свечения кристалла под одеялом Моны, равно как и ее напряженного во сне лица, по которому катились капли пота.

Продолжение следует...

Автор: Dottir

Известные факты

Род Бесконечности — это стая драконов, которая упорно пытается изменить историю в Пещерах Времени. В роду присутствуют все степени зрелости драконов, начиная от маленьких дракончиков, и заканчивая взрослыми особями. Цвет чешуи разнится от темно-серого/металлического до черного со странными трещинами. Также они покрыты крошечными черными частицами, и странное синее сияние пробивается через трещины.

Присутствуя в трех из четырех подземелий Пещер Времени, Род Бесконечности пытается изменить ключевые события в истории Азерота. В Старых Предгорьях Хиллсбрада они пытаются предотвратить побег Тралла, похитив Тарету. В Черных Топях они хотят не дать Медиву открыть портал в Дренор. В Очищении Стратхольма они пытаются скрыть от Артаса признаки чумы, дабы он не уничтожил город.

Природа и цели рода неизвестны, но слова Охотника Эпох говорят, что они служат таинственному хозяину.

В дополнении Wrath of the Lich King Хроми посылает игроков к Святилищу Бронзовых Драконов, чтобы они установили, кто же является главой рода Бесконечности. Там игроки видят и бронзовых, и бесконечных драконов, сражающихся друг с другом за контроль над Святилищем.

Ноздорму — глава Рода?

Как уже упоминалось выше, в дополнении появилось задание, связанное со Святилищем Драконов. В конце задания игроки видят давно отсутствовавшего Ноздорму, главу рода бронзовых драконов. Хроми говорит, что это странно, но отмахивается от этого, радуясь, что Ноздорму жив и здоров. Затем она добавляет, что он покинул стаю, не сказав никому, куда направляется и как долго будет отсутствовать.

Учитывая тот факт, что война с родом Бесконечности происходит как раз в отсутствие Ноздорму, а также смысл задания Хроми, можно предположить, что главой рода Бесконечности является сам Ноздорму. В пользу этой теории говорят поступки Ноздорму во времена Войны Древних. Он извиняется перед Кориалстразом за действия, которые он совершит в отношении него в будущем, и говорит, что даже он не может изменить свою «судьбу». В тот момент можно было предположить, что он говорит о своей смерти, но в свете задания Тайна бесконечности весьма похоже, что он говорил о своей роли лидера рода Бесконечности.

Это, в свою очередь, позволяет предположить, что драконы Бесконечности являются «бывшими» бронзовыми. Входя в подземелье Вершина Хиджала, можно услышать слова Индорми: «Что ты думаешь о роде Бесконечности? Я чувствую... родство с ними». Также игроки могут наблюдать, как в подземелье Очищение Стратхольма Пожиратель из рода Бесконечности превращает бронзового дракона в себе подобного.

Это ведет к предположению, что бронзовые драконы — предки драконов Бесконечности. Более того, бронзовые драконы всерьез обеспокоены своей схожестью с бесконечными. Возможно, что драконы Бесконечности — это те бронзовые, кто решил изменить будущее к лучшему. Но это не объясняет, почему их чешуя черна, но, предположительно, это влияние магии. Кроме того, если драконы Бесконечности все же изменят ход времени, то прошлое, настоящее и будущее исчезнут вместе с ними.

Еще одно косвенное доказательство этой теории: во-первых, в мире Азерота нет ни одной другой силы, кроме бронзовых драконов, кто мог бы влиять на время, что напрямую указывает на их родство. С другой стороны, если бы Бронзовый род в какой-то из моментов своего тысячелетнего существования был испорчен или порабощен, эффект был бы заметен на протяжении всех времен. Поскольку практически каждая долгоживущая сущность или организация в Азероте в какой-то момент времени подвергалась воздействию Пылающего Легиона или Древних Богов, скорее всего, Бронзовый род тоже столкнется с подобной порчей в определенный момент.

Также не похоже, что драконы Бесконечности стремятся разрушить временной поток. В Пещерах Времени род Бесконечности присутствует в трех из четырех подземелий. В каждом из этих конфликтов их действия могут быть истолкованы как попытки изменить будущее к лучшему. К примеру, предотвращение открытия Темного Портала, который призвал орков в Азерот или сокрытия правды в Стратхольме. Вмешательство в судьбу Тралла является предметом спора, кто-то утверждает, что без него Орда вернулась бы к своему темному прошлому, другие считают, что без Тралла новый конфликт Альянса и Орды не состоялся бы, либо был бы гораздо менее жестким. В Хиджальской Битве нет видимых признаков влияния рода Бесконечности, что, тем не менее, не исключает их скрытой роли в конфликте, либо они считают, что вмешательство игроков само по себе играет им на руку и отвечает их интересам. Но нельзя забывать, что это сражение в WoW и Warcraft III сильно разнится.

Другие теории

Слухи предполагают связь Смертокрыла с этой стаей драконов. Леди Синестра в Долине Призрачной Луны упоминает «Мастера», который жив и собирается продолжить эксперименты Нефариана. Мы можем предположить, что под «Мастером» понимается Нелтарион, который собирается продолжить дело сына. Нефариан работал над Хроматической стаей, а не драконами Бесконечности, а Нелтарион, в свою очередь, над стаей сумеречных драконов. Хотя... он мог создать и другие стаи. Или создаст в будущем.

Иные считают, что если Ноздорму — глава рода Бесконечности, то своими действиями в Пещерах Времени он пытается изменить будущее, дабы избежать собственной смерти.

В истории WoW упоминается, что во время созидания титанами было создано «множество стай». Возможно, род Бесконечности существовал в то же время, что и другие стаи.

Также есть предположение, что род Бесконечности служит Пылающему Легиону. Не дав Траллу сбежать из Дарнхольда, Род бы оставил Орду в подчинении демонам. Без открытого Портала Восточные Королевства не объединились бы в Альянс, и стали бы легкой добычей для Легиона и Плети. Скрыв от Артаса заражение Стратхольма, род Бесконечности изменил бы всю историю Третьей Войны. Иллидан не узнал бы о Черепе Гул'дана, а без этого артефакта войска Иллидана, скорее всего, были бы разбиты. Тихондрий бы выжил, и Легион охранил контроль над Оскверненным Лесом. (Хотя... без Артаса Кел'Тузад так и остался бы мертвым, и призвать Архимонда было бы некому — прим. переводчика). В Битве за Хиджал силам Альянса, Орды и ночных эльфов потребовалась помощь игроков чтобы победить Легион, хотя изначально они справлялись и без них. Это предполагает, что род Бесконечности усилил войска Легиона.

Автор: Sind

Служители Земли — влиятельная организация, созданная шаманами Азерота и управляемая тауреном Мулном Гневом Земли. Основная задача организации — сохранение гармонии между силами стихий. Служители Земли общаются с сильнейшими элементалями, стараясь успокоить их и предотвратить масштабные разрушения. Некоторые считают, что роль этой организации в деле сохранения мира неоценима.

Хотя костяк организации составляют таурены и орки, Служители Земли не участвуют в делах Орды. Напротив, Служители Земли наладили прочные дипломатические отношения с Альянсом и в организации состоят несколько представителей этой фракции.

История

Вопреки расхожему мнению, организация была создана не для противодействия Культу Сумеречного Молота. На самом деле, группа была образована для поддержания гармонии между стихиями. По своей природе элементали склонны к разрушению, однако в то же время они способны и к сотрудничеству. Такие сложные взаимоотношения составляют саму ткань мироздания Азерота и делают возможной жизнь на планете.

Хотя таурены практиковали искусство шаманизма еще на заре своей истории, Служители Земли появились относительно недавно. Первые записи об этой группировке появились около 150 лет назад.

Шаман, создавший эту организацию, чувствовал, что элементалям нельзя давать волю беспрепятственно наносить вред миру, иначе они могут стать нестабильными и тогда сама жизнь окажется под угрозой. После нескольких встреч и соглашений этот мудрый шаман основал организацию известную теперь как Служители Земли.

Изначально в организации состояли только таурены, но со строительством Оргриммара в организацию потянулись и орки, а затем и представители других рас, практикующих шаманские искусства.

Хотя в недалеком прошлом деятельность организации и ее членов оставалась незаметной, Раскол, вызванный Аспектом смерти Смертокрылом, значительно ослабил границы между пространствами элементалей, и разрушительная натура стихий вырвалась на свободу и распространилась по Азероту. Теперь действия Служителей Земли жизненно важны для существования Азерота.

Структура

Иерархия организации доподлинно неизвестна. С уверенностью можно сказать лишь то, что лидером организации является Мулн Гев Земли, а его наиболее доверенные помощники — бывший вождь Орды Тралл и предсказатель Нобундо. На сегодняшний день в организации состоят более 200 членов.

Деятельность

В текущий момент усилия шаманов сосредоточены на том, чтобы восстановить границы между Азеротом и пространством элементалей. Сильнейшие из них пытаются закрыть брешь между Азеротом и Подземьем, пространством элементалей земли, из которого вырвался Смертокрыл. В Подземье Служители Земли обосновались в Храме Земли, древнем сооружении титанов, в котором находится поврежденный Столп Мира. Чтобы не допустить разрушения Азерота, шаманы должны восстановить Столп.

В Сумеречном нагорье Служители Земли борются с прислужником древних богов Изо'ратом и пытаются сорвать планы клана Сумеречного Молота.

В Вайш'ире шаманы помогают выжившим в ужасном кораблекрушении и попутно пытаются выяснить, что задумали наги. Здесь Служителям Земли приходится несладко, им приходится воевать с нагами на их же территории, но есть здесь и могучие союзники — водные элементали Нептулона.

На вершине мира, в Хиджале, Служители Земли вместе с Аспектами и Кругом Кенария объединяются, чтобы излечить землю, но их планам не суждено сбыться, их прерывают друиды Пламени под предводительством Фэндрала Оленьего Шлема, что чуть не приводит к смерти Тралла.

Служители Земли встречаются и во многих других локациях, но там их задачи пока чуть менее масштабны.

Автор: Progresso

Также известен как: Башня Медива, Башня Слоновой Кости Каражана, Шпиль Слоновой Кости.

Интересный факт: по-английски название подземелья произносится как «Кэразан».

Каражан — это покинутый замок, который стоит на пересечении всех магических линий южной части Азерота, в Перевале Мертвого Ветра. Наиболее известна башня в связи с ее последним обитателем — Медивом, последним Стражем Тирисфаля. После того, как Лотар, Кадгар и Гарона убили Медива, башня запечатала себя. Но недавно она пробудилась — зло поселилось в ее стенах, наводнив залы демонами, призраками... И тень Медива все еще жива, даже через десятилетия после его смерти.

Прошлое и настоящее

Каражан расположен в Перевале Мертвого Ветра в Азероте. Он был построен задолго до того, как там поселился Медив, и до нас не дошли сведения о строителе башни.

Рельеф вокруг замка по форме напоминает череп. История Каражана ведет отсчет от взрыва, который сформировал Перевал Мертвого Ветра и истончил ткань реальности в этих местах. Затем кто-то возвел там башню, предположительно дабы воспользоваться тонкой гранью реальности и магии.

Во время Первой Войны в башне жили Медив, его дворецкий Мороуз, кухарка и ученик Медива Кадгар. В то же время, что и Кадгар, тут жила Гарона, эмиссар Орды. Саргерас позволил Медиву свободно исследовать Каражан. В связи с близостью потустороннего мира в башне таилось множество странных и тревожных видений, известно, что Мороуз носил специальные очки дабы не видеть их. Видения и кошмары исчезли, когда воскресший Медив вобрал в себя силу башни.

Несмотря на иссушение магии, новая сила поселилась в Каражане. Черные Всадники Перевала Мертвого Ветра связаны с Каражаном и ищут легендарную Косу Элуны, могущественный артефакт, дающий возможность призвать воргенов в этот мир.

Слухи и предположения

Когда Каражан был анонсирован, ходили слухи, что существует зеркальное отражение башни, уходящее под землю. Близзард никак не комментировала эти слухи, и на данный момент судьба «Зеркального Каражана» остается неизвестной.

Источником слухов скорее всего является роман Джеффа Грабба «Последний Хранитель», в которой описаны последние недели «активности» башни, в частности, там описаны некие секретные покои Медива, расположенные глубоко под башней. Также в книге упоминается трактат архимага Алваро, в котором он рассуждает о возможности связи Башни Медива с такой же башней в другом мире. Кто знает, может, это и есть загадочная Зеркальная Башня.

В игре присутствует строение за ближайшим к Каражану кладбищем, спускающаяся лестница в котором ведет к закрытым воротам. Ранее была возможность пройти через эти ворота в форме призрака и исследовать области за ней.

Также под Каражаном расположен склеп, цель которого тоже неизвестна. Как вариант, это могла быть площадка для тестирования или подземелье. Интересный факт: используя WoW Map Viewer, можно обнаружить, что склеп проходит вплоть до Безмятежного кладбища в Темнолесье.

Автор: Sind

Rogue (рог) – разбойник (англ.)

Озгурд

То, что мир Азерота прекрасен и многогранен, я понял не сразу. Виной тому вовсе не извечное противостояние Орды и Альянса, и не Великий Катаклизм, который потряс Азерот. Все дело в том, что я родился… мертвым. Нежить. Это слово с опаской и недоверием произносили многие, с кем я встречался на своем пути. Но они получали в ответ лишь снисходительную усмешку. Тирисфальские леса встретили меня тишиной и полумраком. Но было еще что-то такое, чего я не мог понять и осознать. Перед глазами периодически возникали видения, в которых я становился свидетелем кровопролитных битв, а в моей голове раздавался лязг мечей и крики умирающих воинов. Все это продолжалось мгновения и сразу же пропадало, но потом появлялось вновь. Гробовщик Мордо тогда посоветовал мне не обращать на это внимание, а побыстрей найти себе наставника, ибо без него мне прожить в этом мире будет просто невозможно. Моим первым учителем стал Давид Триас. Он на многое открыл мне глаза, многому научил, за что я постоянно вспоминал о нем с благодарностью. Но особенно я благодарен Давиду за то, что он рассказал мне о НЕЙ. Он рассказал мне о той, которая оставила самый яркий след в моей жизни, заставив переоценить заново важнейшие принципы моего прошлого и будущего существования. Но о ней потом...

Давида я нашел в местечке под названием Похоронный звон. Должно быть, мой вид был настолько растерянным, что он сразу же подошел ко мне. Его оценивающий взгляд за секунду ощупал меня с головы до ног, и видимо, дал ему полное представление обо мне, поскольку его первые слова были: «разбойник! Озгурд!». Так я получил свое имя. Давид был настолько проницательным, что сразу догадался о моих видениях. Он сказал, что такое бывает, но не со всеми и не в такой сильной форме. Сообщить подробности он наотрез отказался, чем вызвал сильное мое недоумение и желание докопаться до истины. Но искать истину пока было некогда. Давид столь рьяно взялся за мое обучение, что на первых порах я просто валился с ног. И по сей день не могу забыть те тренировочные манекены, на которых я отрабатывал удары, и яростные крики Давида: «тверже руку держи, резче удар!» Но что больше всего мне нравилось в этих тренировках, так это скрытность. В Тирисфальских лесах было предостаточно всякой нечисти, на которой можно было тренироваться, и я этой возможностью воспользовался сполна. Безмозглые зомби, темные псы, они все испытали на себе остроту моих кинжалов. Давид научил меня становиться незаметным, и из этого состояния я наносил свои внезапные удары. Все шло своим чередом – тренировки, перерывы на отдых, снова тренировки. Но не было дня, чтобы меня не тревожили мои видения. Они посещали меня внезапно, и так же неожиданно пропадали. Они стали ярче, реалистичней и разнообразней. Теперь я видел не только сражения, но и какие-то незнакомые моря, острова и каменные замки. Во мне с каждым днем росла уверенность в том, что это все не случайно. Но кто мог дать ответы на все мои вопросы? Я этого не знал…

И вот однажды настал день, когда Давид сказал, что ему больше нечему учить меня, и что мне пора двигаться дальше.

  • Нам пора расстаться, Озгурд. – проговорил он. – Ты должен найти свой путь в этом мире. Первый шаг ты уже сделал. Второй тебе поможет сделать королева Сильвана. Ты найдешь ее сам. Я лишь подскажу тебе способ. Твоя дорога лежит через Брилл. Там ты обучишься каким-нибудь профессиям, чтобы самому зарабатывать средства к существованию и не сидеть на шее у общества. Заодно узнаешь, где тебе найти королеву Сильвану. Возможно, она даст тебе ответы на все твои вопросы. И вот еще что.

Давид извлек из-за пазухи сверток темно-синей ткани и передал его мне.

  • Это гербовая накидка Подгорода, столицы королевы Сильваны. Носи ее с честью и достоинством, как подобает истинному воину Орды! Не оскверни ее предательством или трусостью, жадностью или равнодушием!
  • Клянусь! – я надел накидку и почувствовал, как дрожь пробежала по моему телу.
  • Прощай, Озгурд, тебе пора идти! – Давид на секунду замолчал. – И опасайся живых!

Он повернулся ко мне спиной и зашагал в сторону своего дома. А я, кинув прощальный взгляд на место, где провел значительную часть времени, направился в маленький городок Брилл, который должен был положить начало моему долгому пути по этому полному опасностей миру.

Брилл

Остроухий эльф стоял на носу огромного фрегата и внимательно вглядывался в стремительно приближающуюся полоску берега. Лицо эльфа было скрыто какой-то непонятной дымкой, похожей на туман, отчего он сам казался призраком, неизвестно зачем явившимся в реальный мир. На побережье, между краем моря и величественной крепостью, стоявшей в трехстах метрах от воды, бегали и суетились едва различимые издалека фигуры. Эльф повернулся назад и, вскинув руку, что-то крикнул. Его голоса не было слышно, но стоявшая за ним группа воинов, в едином порыве прокричала ответ, подняв в руках луки и арбалеты, блеснувшие на солнце мечи и развевающиеся по ветру флаги с изображением золотой головы льва на синем поле…

Я вздрогнул, и тот час же реальность прогнала очередное видение, посетившее меня как всегда внезапно и неожиданно. Я сидел на траве возле самого Брилла, прислонившись к столбу, на котором висел кусок ткани с рисунком, как две капли воды похожим на тот, что был на моей гербовой накидке. Быстро оглядевшись по сторонам, я убедился, что никто меня не видит в таком нелепом положении и, вскочив на ноги, вошел в городок. Я не успел пройти и двух шагов, как меня окликнула парочка, по виду напоминающая охранников. Эти двое держали в руках по внушительному топору и были настроены отнюдь не дружелюбно.

  • Кто такой? Откуда? – спросил один из них, сделав шаг в мою сторону.
  • А ты сам-то кого из себя строишь? – с усмешкой сказал я, на всякий случай, взявшись обеими руками за свои кинжалы.
  • Мы тебе сейчас покажем, кто мы такие! – угрожающе прошипел второй и рванулся ко мне.
  • Эй! А ну-ка перестаньте! – раздался рядом женский голос. – Вы что, охламоны, своих от чужих отличить не можете?!

В тот же миг к нам подбежала симпатичнейшая представительница нежити в оранжево-красном одеянии, и с прической бордового цвета, напоминающей по форме башню.

  • Вот вы неугомонные! – закричала она. – Опять за старое принялись?! На нем же наша накидка, вы разве не видите?!
  • Да ладно, Анетта, успокойся! – парочка воинственных охранников заметно поостыла. – Бдительность никогда не помешает!
  • Ох уж эта ваша бдительность! – проворчала Анетта. – Скучно вам, вот и ищете повод пристать к каждому.

Охранники смутились и примирительно проговорили, обращаясь ко мне:

  • Дружище, не сердись на нас, сам понимаешь, работа такая! Альянс балует, да и всякой нечисти полно вокруг.

Я не стал возражать против примирения. Мы пожали друг другу руки, и после того, как я назвал свое имя, охранники назвали свои. Их звали Бартоломью и Лоренс, они каждый день стояли на этом месте и несли свою службу. Официально их должность называлась «страж смерти». Познакомиться получше у нас не получилось из-за Анетты, которая схватила меня за руку и отвела в сторону.

  • Я Анетта Вильямс! – сказала она. – У меня тут несколько нетопырей прикормлено. Если надо будет куда-то слетать, обращайся. А если захочешь в Калимдор, то это уже не ко мне. Вон там, видишь башню? Это стоянка дирижаблей, оттуда хоть куда можешь добраться!

Из-за крыш зданий Брилла действительно выглядывала высокая башня, к которой медленно и величаво подплывал дирижабль. Я искренне поблагодарил Анетту за неожиданную помощь и предоставленную информацию. Пообещав навестить ее в свободное время, я двинулся дальше. Надо было найти какое-то пристанище, чтобы немного отдохнуть и обдумать план дальнейших действий. Долго искать мне не пришлось. В центре города я увидел большую статую какой-то эльфийки. В одной руке она держала лук, второй уперлась в бедро, а за спиной у нее висел колчан со стрелами. Хоть это и была простая неодушевленная статуя, но от ее вида у меня почему-то все внутри сжалось, как от какого-то странного предчувствия. Я никогда не видел ту, которой был поставлен этот памятник, но ощущение чего-то знакомого не покидало меня с того момента, как я ступил на центральную площадь Брилла. И тут меня снова остановили, но на этот раз с вполне благими намерениями. Еще одна представительница нежити окликнула меня, стоя на пороге небольшого, но вполне приличного здания. Это была Ренни, хозяйка местной таверны. У нее я и остановился. Ренни только на первый взгляд была мрачной и необщительной, но разговорившись с ней, я сразу же изменил свое мнение. Она до мельчайших подробностей объяснила мне, где я могу повысить свои боевые навыки и обучиться профессиям. Кроме того, она угостила меня своим фирменным пивом, эффект от которого не замедлил сказаться на мне. В голове слегка зашумело, усталость куда-то исчезла, и мне, честно признаться, даже неожиданно захотелось легонько шлепнуть Ренни по заднице. Но тут она сказала такую фразу, после которой у меня пропали всякие шаловливые мысли.

  • Мне кажется, что ты станешь достойным воином Орды! – Ренни задумчиво смотрела на меня. – Да хранит тебя темная королева!

Этих слов хватило для того, чтобы я пристал к ней, и не отцепился до тех пор, пока она не рассказала мне все, что знала о королеве Сильване. Я был просто поражен, когда узнал, что на площади Брилла стоит статуя, изображающая именно королеву, и ни кого-то иного. И теперь я точно знал, что мой путь лежит в Серебряный бор, где в данный момент находилась королева со своими боевыми отрядами. Туда я и решил отправиться завтра, сразу же после того, как Ренни отведет меня к местным учителям алхимии и травничества. А пока, следуя ее убедительной рекомендации, я сходил к торговцам верховыми животными и за несколько золотых монет купил приличного коня, ибо только боги знали, сколько мне придется путешествовать по Азероту, а ноги все-таки не железные. Коня до утра я оставил в стойле, и с предвкушением завтрашнего дня, отправился спать в таверну, где меня уже ждала приготовленная заботливой Ренни мягкая постель.

Первый враг

Моим мечтам о встрече с королевой Сильваной сбыться было не суждено. По крайней мере в ближайшем времени. Профессия травника, которую я начал познавать прямо с утра, оказалась не такой простой, как я представлял себе поначалу. Флора Азерота была настолько богатой, что запомнить вид и название всех трав я сразу просто не смог. Поэтому пришлось начинать с малого. Учитель травничества в Брилле показал мне образцы мироцвета, сребролиста и магорозы, а затем велел собрать целый мешок этих трав в окрестностях города. Причем, его совершенно не волновало – сколько времени у меня на это уйдет. В тот день стояла великолепная погода, было тепло и светило солнце. Прогуляться по Тирисфальским лесам и лугам для меня было одним удовольствием. Даже сбор трав не показался мне утомительным и нудным делом. Я не знал насколько далеко я ушел от Брилла, но когда мой мешок оказался полон наполовину, я развернулся и направился в обратный путь. Шепот ветра и листвы деревьев, пригревающее солнце - все это расслабляло и убаюкивало. И когда впереди показались стоящие рядом с Бриллом башни для дирижаблей, меня разморило окончательно. Я улегся на пригорке, подложив мешок с травой под голову, и взглянул на небо. Чистое голубое море, в нем можно было утонуть без страха и боли. В тот момент мне казалось, что нет ничего лучше этого неба без единого облачка. Должно быть, я задремал и увидел сон, а скорей всего меня посетило очередное видение, поскольку внезапно небо стало меняться в цвете и стало желтым. Желтым, как песок на берегу моря, волны которого плескались где-то рядом. Этот песок набивался в рот и нос, не давая мне вздохнуть полной грудью. Моих сил хватило только на то, чтобы перевернуться на бок и выплюнуть всю набившуюся в меня гадость. Я уже хотел было вдохнуть побольше свежего морского воздуха, но вместо этого вдохнул резкий запах гари и разлагающихся трупов. С трудом поднявшись на ноги, я огляделся вокруг. Весь берег был усеян мертвыми телами, а руины стоящей рядом и догорающей крепости, извергали едкие клубы дыма. Какое-то странное и тяжелое чувство нахлынуло на меня, не позволяя трезво оценить ситуацию и попытаться разобраться в происходящем. Где-то в душе зарождалось и крепло ощущение, что именно на мне лежит ответственность за смерть всех этих воинов, лежащих на берегу. Один из них привлек мое внимание своей странной позой. Он, как будто молился, стоя на коленях и наклонившись к прибрежному песку головой. Удлиненные остроконечные уши говорили о том, что это был эльф. Он показался мне знакомым, я был уверен, что где-то уже видел его. Но где? Я подошел к нему и осторожно тронул его за плечо. Эльф медленно завалился на бок, и я увидел, что из его живота торчит рукоять кинжала. Эту рукоять я узнал бы из миллиона, ведь это был один из тех кинжалов, которыми снабдил меня мой учитель Давид Триас. Но лицо этого эльфа... Сперва оно было окутано какой-то призрачной дымкой, но когда она рассеялась... О, боги! Я смотрел в свое собственное лицо, как в зеркало. В ужасе я шарахнулся назад, и в этот момент какой-то звук заставил меня очнуться от своих грез. Шорох травы, по которой кто-то осторожно шел, доносился до меня ясно и отчетливо. Я взглянул по сторонам, но никого не увидел. Однако, звук шагов не утихал, а наоборот, приближался. В голове мелькнула мысль, что рядом ходит такой же, как и я разбойник, находящийся в состоянии невидимости. Возможно даже, это был ученик Давида Триаса, решивший подшутить надо мной. Я сделал беспечный вид и стал ждать, когда неизвестный шутник приблизится ко мне. Шорох травы уже слышался в трех шагах от меня, когда я резко повернулся на звук, выхватил кинжалы и хотел было крикнуть «Попался!», но слова застряли у меня в глотке. Передо мной стояло существо, которого я прежде никогда не видел. Оно было похоже на темного пса, которых в Тирисфальских лесах водилось множество. Но эти псы не ходят на задних лапах, и не держат в передних оружие. И взгляд... Взгляд существа, привыкшего побеждать, был направлен прямо мне в глаза. Его морда оскалилась в хищной улыбке, обнажив острые клыки. Существо хриплым голосом прорычало «за Альянс!», и рванулось вперед. Я знал эту особенность разбойничьего ремесла, когда ты совершаешь рывок за спину врага и делаешь с ним, что хочешь, но... Я оказался к этому не готов. Возможно, мастерство моего противника намного превышало мое, а может быть, я просто растерялся в неожиданной ситуации. Не успел я и глазом моргнуть, как существо оказалось сзади меня. Два удара чем-то острым обожгли спину, и я, подобно собранному мной мешку с травой, упал на землю. Резкая боль в спине не дала подняться на ноги, и я увидел, как существо встало надо мной, чтобы нанести завершающий удар. Спасение пришло неожиданно. В воздухе что-то мелькнуло, заслоняя солнце, и какой-то крылатый зверь с сидящим на нем всадником, на лету ударил когтями моего противника. Тот кубарем покатился по земле, рыча и в бешенстве выдирая лапами траву. В ту же минуту с высоты спустился еще один «ангел-спаситель», и с него соскочила эльфийка с ружьем в руке. Один выстрел, и мой обидчик уже корчился в агонии. Всадник на летающем звере опустился рядом с ним, вскинул руки, и через мгновение волна ледяной массы заставила противника неподвижно застыть на земле. Всадник был тоже эльфом, но этих двоих я видел впервые. Они убедились, что враг мертв и занялись мной. А я, тем временем, ослаб настолько, что еле-еле мог говорить.

  • Спасибо вам, незнакомцы! – едва смог сказать я.
  • Тихо! Не говори ничего! – ответил мне эльф, затаскивая меня на своего крылатого питомца.

Меня привязали к седлу, как походную сумку к лошади, а сам эльф забрался вдвоем со своей соплеменницей на другого «летуна», и такой процессией мы направились в сторону Брилла. Сам полет совершенно выпал у меня из памяти, поскольку в себя я пришел уже в знакомой таверне, будучи лежащим в своей постели, под наблюдением Ренни.

  • Что произошло? – спросил я у нее. – Похоже, я чуть на тот свет не отправился!
  • Ну надо же! – засмеялась она. – Нежить говорит о смерти! Не пройдет и недели, как ты снова будешь бегать и пить мое пиво!
  • А что за зверь напал на меня? И где мои спасители?
  • Это не просто зверь, это ворген. – лицо Ренни стало серьезным. – Как он забрел сюда, черт его знает! Их много в Серебряном бору, но до сих пор они сюда не совались. То, что с тобой случилось – недобрый знак! Хорошо, что эльфы вовремя подоспели!
  • Кто они? Откуда они вообще взялись?
  • Они из Оргриммара, были тут по заданию Орды. Считай, что тебе крупно повезло!
  • Они хоть имена свои назвали? Должен же я знать, кого благодарить за спасение!
  • Да, они назвали имена. Их зовут Ривенгард и Сангрелла, но не думаю, что они ждут от тебя благодарности.

Узнать причину такой бескорыстности мне помешала Анетта Вильямс, которая буквально ворвалась в комнату, волоча за собой местного алхимика. Пока он пичкал меня своими лечебными эликсирами, Анетта радостным тоном обвиняла меня во всех смертных грехах, и в том числе, что я пошел за травой один, и никого с собой не взял.

  • Анетта, радость моя! – промурлыкал я. – Там твои нетопыри без присмотра и куча ждущих пассажиров!
  • Ничего, подождут! – Анетта вытащила из кармана какую-то бутылочку, и поставила ее рядом с моей кроватью. – Это светлое пиво, сваренное по рецепту капитана Ромси. Поправляйся!

И Анетта умчалась так же быстро, как и появилась. А я, умиротворенный дружеской заботой и эликсирами алхимика, заснул, и на этот раз не увидел ни снов, ни других изощрений моего подсознания.

Королева

В отличие от своего коня, который равнодушно посматривал по сторонам, я с открытым ртом уставился в одну точку. И одни боги знали, сколько я простоял бы еще, если б не какой-то гигант, тащивший за собой повозку по дороге, проходящей через Сосновый бор. Он так рявкнул «прочь с пути!», что я от неожиданности едва не остался заикой. Целью моего столь пристального внимания была та, которую я так жаждал увидеть, и наконец-то увидел. Ветрокрылая Сильвана, королева всех Отрекшихся, сидела на своем скакуне, один вид которого заставлял дрожь бежать по всему телу. Я узнал королеву сразу, ее нельзя было не узнать. Статуя в Брилле передавала лишь внешнее сходство, но сейчас, глядя на Сильвану, я на расстоянии ощутил всю внутреннюю силу этой эльфийки. Силу и красоту. Королева была прекрасна! С удивлением я заметил, как во мне зарождается какое-то чувство, которое помимо всего прочего, просто заставляло меня пялиться на нее. Должно быть, она почувствовала на себе мой взгляд. Она посмотрела в мою сторону и что-то сказала стоящему рядом с ней орку, который сразу же поманил меня пальцем. Я толкнул своего коня ногами, и поехал к ним, не подозревая, что в следующую минуту мой четвероногий друг поставит меня в неловкое положение. Когда до королевы оставалось проехать десяток шагов, рядом со мной возникли три существа, парящие над землей. Они были похожи на ангелов, но что-то совершенно не ангельское было в этих, как мне показалось, выходцах из потустороннего мира. Мой конь, увидев их, испуганно шарахнулся в сторону, и чуть не сбросил меня со спины. Мне пришлось сильно постараться, чтобы удержать равновесие, но при этом я выглядел так нелепо, что нисколько не удивился, когда услышал смех королевы. Черт возьми, ну надо же было так опозориться! Сгорая от стыда, я приблизился к Сильване и склонил голову в приветствии.

  • Ты был похож на неуклюжего мурлока! – смеясь сказала королева.

Стоящий рядом орк не издал ни звука, но его глаза просто умирали от смеха. Пересилив себя, я решился на маленькую дерзость.

  • Простите, моя королева! – сказал я. – Вам должно быть показалось, что мой конь чего-то испугался? Это не так! Он не боится ничего! Ему просто передалось то восхищение и трепет, что я испытал при виде вас!

Теперь уже захохотал орк, а Сильвана промолчала. Но по ее гзазам я понял, что она приятно удивлена моими словами.

  • Итак. – сказала она. – Кто ты? Как твое имя и для чего ты здесь?
  • Меня зовут Озгурд. – ответил я. – Родом из Тирисфаля, а здесь для того, чтобы служить вам, моя королева!
  • Держу пари, что твоим учителем был Давид Триас! – Сильвана внезапно обожгла меня взглядом. – Я не думаю, что он учил тебя лгать!
  • Простите меня, но вы совершенно правы! Давид не учил меня лжи, и я никогда бы не посмел солгать своей королеве, но я… Просто я…
  • Ты хочешь получить ответы на вопросы, которые мучают тебя!
  • Да, королева, но откуда вы знаете?! – от удивления я так вытаращил глаза, что Сильвана снова не удержалась от смеха.

Затем она подозвала меня поближе, и ее лицо сделалось серьезным.

  • А ты уверен, что хочешь знать ответы? Они тебе могут не понравиться!
  • Моя королева, мне нужна истина. – тихо, но твердо ответил я.
  • Ну хорошо, у нас еще будет время поговорить о тебе. – сказала Сильвана и повернулась к орку. – Ну где же вождь?

То, что произошло дальше, я запомнил навсегда, так как именно тогда я на один маленький шаг приблизился к разгадке тех видений, что посещали меня все чаще и чаще. Именно тогда я первый раз увидел лидера Орды Гарроша Адского Крика, и мои первые впечатления о нем граничили с ненавистью. Хотя… Возможно, тогда я сделал слишком поспешные выводы. Голос Гарроша действительно был похож на адский, и я не позавидовал бы врагу, которому было суждено услышать боевой клич вождя. Я не был врагом Гарроша, но в тот день чуть не стал им. А произошло это после того, как Сильвана показала всем присутствующим воскрешение мертвых. Мне довелось собственными глазами увидеть, как безжизненные гниющие тела поднялись с земли и замерли в ожидании приказов. Они пошатывались, как-будто напились крепленого рома, в их глазах не было ничего осмысленного, но была лишь жажда повиноваться тому, кто вернул их к жизни. Хотя назвать это жизнью у меня с трудом бы повернулся язык. В моей голове мелькнула ужасная мысль, что я когда-то был таким же, но кто-то вложил в меня разум и волю. Вся моя сущность восстала против этой мысли, но она упорно рвалась в мою голову, словно раненый кабан к подстрелившему его охотнику. Но не меня одного поразило увиденное зрелище. Гаррош Адский Крик был просто в ярости. Его разъяренный рев оглушал всех, кто находился рядом. То, что сделала Сильвана, настолько разозлило его, что еще немного, и дело дошло бы до драки. Когда в адрес королевы, кроме всего прочего, прозвучало слово «дохлятина», разозлился уже я сам. Мне было наплевать на последствия, и клянусь – я всадил бы оба моих кинжала в этого грубияна, позабывшего все нормы приличия! От вскипевшей во мне злобы, руки сами потянулись к оружию, но предостерегающий взгляд королевы заставил меня отказаться от своих намерений.

Когда Гаррош ушел, я был готов задать Сильване тысячу вопросов, надеясь получить ответ хотя бы на один из них. Но королева опередила меня.

  • Ты хочешь знать, кто ты? – спросила она. – Ты не первый, кто задает этот вопрос. И не последний. Твое тело не принадлежит тебе, но твою душу у тебя не отнять никому. Ты видел все, что здесь произошло, и кое-что понял. Но взгляни в зеркало, Озгурд! Я не знаю, кого бы ты там увидел в своей прошлой жизни, но сейчас ты увидишь того, кто верой и правдой служит Орде и своей королеве! Не ищи в том зеркале свое отражение, а ищи смысл своих дел и поступков! Ты Отрекшийся, Озгурд, вот кого я вижу сейчас перед собой!

Я не стал рассказывать Сильване о моих видениях, ведь я сам пока не понимал их смысла. Кроме того, я опасался, что королева сочтет их обычными кошмарами, а в худшем случае подумает, что я просто-напросто спятил. Именно в этом была моя ошибка – мне надо было рассказать все сразу, но это я понял намного позже. А в тот день я усвоил другое. Я понял, что раньше я был кем-то другим, и теперь мое прошлое преследовало меня, где бы я не находился. И это не прекратится до тех пор, пока я не узнаю всех подробностей. Впервые я крепко задумался о своей судьбе, и о том, что она мне готовит. У меня не было абсолютно никаких предположений о том, куда меня приведет этот путь. Я не знал, сколько он будет длиться, но в тот момент я принял для себя решение. Очнувшись от раздумий, и глядя прямо в глаза ожидающей Сильване, я проговорил:

  • Моя королева! Я Озгурд, достойный представитель Орды, противостоящей всем народам Альянса, с благодарностью принимаю от тебя звание «Отрекшийся» и клянусь служить тебе до тех пор, пока мои останки не сгниют в могиле или на поле боя!

Оргриммар

Сухой и жаркий ветер Дуротара быстро разносил писклявый голос гоблина над лежащим в каньоне городом. Понемногу сбавляя ход, дирижабль причалил к башне, и шустрый экипаж воздушного судна засуетился, привязывая его канатами на время стоянки. Стоящий на краю башни гоблин разинул рот, чтобы снова заорать:

  • Прибыл дирижабль из... - слова застряли у него в горле, а округлившиеся от удивления глаза, стали размером с золотую монету.

Два тролля и орк на руках вынесли с дирижабля чье-то тело в гербовой накидке Подгорода, и осторожно положили на пол.

  • Лекаря! Быстро! - рявкнул орк, и для пущей убедительности схватился за висевший на поясе топор.

Кто-то с грохотом метнулся вниз по ступеням башни, а гоблин с писклявым голосом стал любопытно разглядывать лежащего на полу.

  • Нежить… - разочарованно пропищал он. - А я-то думал, что шпиона Альянса в плен взяли.
  • Тихо! Заткнитесь все! - снова рявкнул орк и наклонился к бесчувственному телу.

Губы лежащего на полу шевельнулись и едва слышно прошептали одно слово.

  • Изенделл? - озадаченно спросил орк. - Это что? Его имя?

Собравшаяся толпа любопытных расступилась, пропуская здоровенного таурена-лекаря. Тот быстро осмотрел пациента, но никаких ран и повреждений не обнаружил.

  • Что случилось? - таурен вопросительно посмотрел на всех присутствующих.

Один из троллей прибывших на дирижабле, выступил вперед и сообщил:

  • Мы и сами не поняли! Он вдруг зашатался и свалился с коня, как мешок с зерном!
  • Так, ясно! - таурен достал из своей сумки флакон с какой-то жидкостью и осторожно влил небольшое количество в рот пациенту...

То время, что я провел в Серебряном бору, пошло мне на пользу. Ежедневные схватки с воргенами существенно повысили мое боевое мастерство и добавили уверенности в себе. В каждом из этих сражений я пытался найти того, кто напал на меня возле Брилла, но тот ворген словно сквозь землю провалился. В конце концов я перестал искать его в каждом враге, да и вообще начал забывать то нападение. Однажды, выполняя очередное задание королевы Сильваны, я случайно подслушал разговор двух фермеров. Они сидели возле какого-то сарая, пили пиво и сплетничали обо всем на свете. Из их разговора я узнал, что в Калимдоре, на юге Дуротара живет племя троллей. В этом племени есть молодая шаманка, обладающая способностью общаться с духами давно умерших существ. Ее талант был настолько велик, что молва о ней вышла за пределы Калимдора. Я понятия не имел, правда это или выдумки подвыпивших работяг, но этот разговор надолго лишил меня покоя. И когда королева Сильвана заметила мое состояние, я не выдержал и попросил отпустить меня в Калимдор. Королева не стала спрашивать о причине моей просьбы. Скорей всего, она сама все поняла, и возражать не стала, за что я был весьма ей благодарен. На следующий день я уже был на борту дирижабля, уходящего в главный город Орды - Оргриммар. Мне повезло с попутчиками, среди которых оказались два тролля. Оказалось, они из той самой деревни на юге Дуротара, в которой жила нужная мне шаманка. Тролли подробно рассказали, как добраться до деревни и в какие места лучше не соваться. К сожалению, мои попутчики не знали, дома ли знаменитая шаманка и захочет ли вообще она со мной разговаривать. Но я, обрадованный тем, что шаманка все-таки существует, решил найти ее, чего бы это мне не стоило. К тому времени, как я закончил приставать с вопросами к троллям, наш дирижабль вышел за пределы Восточных королевств и продолжил свой путь над Великим морем. Зрелище было незабываемым! Бескрайняя масса воды в сочетании с восходящим солнцем, производила завораживающее впечатление. Я даже слегка позавидовал экипажу дирижабля, который проходил этот путь неоднократно. Надвигающася полоска берега Калимдора тоже заставила меня замереть в восхищении, но одно обстоятельство не дало мне насладиться видом далекого материка в полной мере. Все, что я видел в эту минуту, вдруг стало расплываться у меня перед глазами, и превратилось в какую-то однородную муть. Едва я успел сообразить, что на меня накатывает очередное видение, как вместо моря и прибрежной полосы появился большой город. Он словно вырос вокруг меня, огромный и красивый, излучающий какое-то непознанное величие. Я даже немного обрадовался, думая, что добрался до Оргриммара раньше времени. Но я ошибся. Это был не Оргриммар. Об этом убедительно свидетельствовали закрепленные на крышах зданий флаги с изображением золотой головы льва на синем поле. Вариантов было немного. Этот город мог иметь только одно название – Штормград! Меня тут же прошиб холодный пот. Я находился в самом логове врага! Но где же все население?! Улицы были пусты, лишь только ветер гонял по брусчатке какие-то обрывки свитков и разный мусор. Какое-то гнетущее чувство нахлынуло на меня, не предвещая ничего хорошего. Я шел по улицам города, каждую минуту опасаясь наткнуться на что-нибудь неприятное и опасное, но гробовая тишина и абсолютная пустота наталкивали на мысль о том, что город просто вымер от неизвестной болезни или его покинули, чтобы избежать страшного бедствия. Проходя по какой-то площади, я внезапно почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Не сбавляя хода, я положил руки на свое оружие и в одну секунду развернулся, выхватив оба кинжала. В трех шагах от меня стоял эльф. Я сразу узнал его, ведь он неоднократно являлся мне в моих видениях. До меня наконец дошло, что его кожа с синеватым оттенком была вовсе не признаком умершего и разлагающегося организма, а особенностью его расы. Он был ночным эльфом, а не кровавым, которых я повидал немало, в силу того, что они были союзниками Орды. Эльф стоял спокойно, но в его глазах была такая мольба, что я почувствовал себя просто обязанным что-то сделать для него. Я убрал кинжалы и уже хотел сделать шаг в сторону эльфа, но он сам шагнул ко мне и леденящим душу голосом проговорил:

  • Изенделл! Исправь свою ошибку!

Я замер на месте, не понимая, что эльф имеет в виду, и в тот же миг ощутил на своих губах вкус и запах чего-то резкого, но ароматного. Оно проникло внутрь меня, обжигая внутренности и лишая воздуха. Я закашлялся и открыл глаза…

На меня в упор смотрела какая-то рогатая морда быка с любопытным выражением глаз. Видимо, я еще не в полной мере отошел от моего очередного видения, так как, слегка ошалев от этой рогатой морды, рванул кинжалы из-за пояса. На моих руках моментально повисла толпа, не давая мне сделать ни одного движения.

  • Эй, ты чего?! – бычья морда отшатнулась, но любопытного выражения глаз не утратила.
  • Да он тауренов никогда не видел! – пискляво заржал кто-то над моим правым ухом.

Мое сознание окончательно прояснилось, и оглядев толпу окруживших меня троллей, гоблинов и орков, я поднялся с пола и хриплым голосом спросил:

  • А где мой конь?

Ответом мне был дикий хохот всевозможных по тональности голосов.

  • Ну надо же! – гулким голосом смеялся таурен. – Чуть на тот свет не отправился, а про коня помнит! Ну-ка, хлебни еще!

Он протянул мне небольшую бутылочку с темным напитком, которую я, прежде чем отпить из нее, подозрительно осмотрел со всех сторон, чем вызвал очередной шквал хохота.

  • Не бойся, это ром! – таурен ободряюще кивнул рогатой головой.

От одного глотка мне стало намного лучше, а от второго меня удержал рогатый лекарь, поучительно прочитав мне нотацию.

  • Не стоит напиваться, только что прибыв в столицу! – сказал он, забирая у меня бутылку. – Я бы на твоем месте немедля доложил вождю о свое приезде!

Я наконец-то понял, что уже нахожусь в Оргриммаре и мне не грозит никакая опасность. Поблагодарив таурена и всех остальных за помощь, я забрал своего коня с дирижабля и спустился по ступеням башни вниз. Оказалось, что сам город находится еще ниже, в глубоком каньоне, куда и доставило меня чудное сооружение под названием лифт. Один из районов Оргриммара – Аллея Силы еще толком не успела произвести на меня должное впечатление, как я понял, что моя уверенность в собственной безопасности рушится прямо на глазах. Причиной тому стал душераздирающий дикий вопль:

  • Оргриммар подвергается нападению!!!

Аспект Возрождения

К тому моменту, когда я отыскал крепость Громмаш, все уже было кончено. На земле, между крепостью и зданием аукционных торгов, в лужах крови лежали несколько воинов Альянса. Кто-то лежал с перерезанным горлом, кто-то вообще без головы, а один труп почернел так, как-будто его безостановочно поджаривали целую неделю. Гаррош Адский Крик стоял у входа в крепость и пучком травы оттирал свой топор от кровавых следов.

  • Они знали, куда лезли! – говорил он одному из своих приближенных, презрительно поглядывая на трупы павших врагов. – Соберите всю эту падаль и бросьте в Строптивую, пусть их там сожрут рыбы!

Несколько городских стражей бросились исполнять приказ вождя, а я, следуя совету таурена-лекаря, направил своего коня к Гаррошу, чтобы доложить о своем прибытии в Оргриммар. Этот воинственный орк отлично помнил меня, я понял это сразу по его глазам, вспыхнувшим недобрым огоньком. Впрочем, огонек сразу же пропал, и когда я подъехал к вождю и представился, он спросил, вкладывая в вопрос небольшую долю ехидности:

  • Ну как, Озгурд, не пугает тебя то, что здесь иногда происходит?
  • Нет, вождь, битвы давно уже не пугают меня! – ответил я. – Это могут подтвердить те воргены, кишки которых гниют в Серебряном бору. Правда, я не думаю, что теперь они смогут что-то сказать!
  • Неплохо сказано! – засмеялся Гаррош. – Ну хорошо! Есть ли у тебя поручения или какие-нибудь срочные дела в Оргриммаре?
  • Вождь, я хотел бы съездить на юг, к троллям, а затем я в полном твоем распоряжении!
  • Хорошо, только не слишком задерживайся на юге! Здесь много работы, и для твоего оружия я найду подходящее дело! По возвращении сразу ко мне!
  • Да, вождь!

Я отъехал в сторону и направился осматривать город, заодно пытаясь найти какую-нибудь таверну, где бы я мог отдохнуть и еще раз обдумать свои дальнейшие действия. Проезжая по улицам столицы, я чувствовал себя темной деревенщиной, которой было в диковинку абсолютно все – каждая улочка, каждый житель и даже цвет земли в Оргриммаре. Такого количества народа я не видел никогда! Город просто был битком набит населением, и пространство на земле было далеко не единственным местом, занятым кем-то! В воздухе, управляемые своими хозяевами, летали огромные существа, похожие на гигантских птиц и драконов. Изощренные умы гоблинов, преуспевших в технической мысли, также поразили меня, явив мне летающий механизм, способный поднимать над землей своего седока. Стрекотание громадного винта сверху самой машины сперва насторожило меня, но через мгновение я понял, что шум – это неотъемлемая часть механизма и опасаться его не стоило. В то же время многие жители, давно уже привыкшие ко всему такому, мирно ловили рыбу в находящихся внутри города водоемах. Какой-то чудак гонялся за обычным ильным раком, выползшим из воды, и при этом ругался, что этих членистоногих приходится слишком долго ждать. Подъехав к наконец-то найденной таверне, я услышал громкие голоса посетителей, перебравших крепких напитков, и разгулявшихся до невообразимых пределов. Чей-то пьяный голос, показавшийся мне знакомым, в полную силу распевал залихватскую песню, по-видимому, свидетельствующую о великих подвигах поющего:

…наш отряд разгромил силы Плети,
Йо – хо!
Пусть же сдохнет Король-Лич на троне,
Ледяная Скорбь нам уже не страшна,
И все байки о Фордрагоне…

Я слез с коня, привязал его возле таверны и вошел внутрь. Хвала богам, свободное место было, и, усевшись за стол, я попросил хозяина заведения принести мне чего-нибудь поужинать. Моим ужином в тот вечер стал превосходный кусок жареной кабаньей вырезки с кружкой того самого рома, которым привел меня в сознание таурен-лекарь на башне, служившей пристанищем для дирижаблей. Выяснив у хозяина, что для меня найдется место для ночлега, я с удовольствием закинул в рот кабаньего мяса, запил ромом и, ощутив согревающее тепло напитка, осмотрел помещение. Несколько столов были заняты полностью. Здесь были орки, которые мало ели, но много пили, причем, это мало сказывалось на их состоянии. Здесь были гоблины, мало пьющие, но с жаром обсуждающие политику и последние изобретения их народа. Компания из четырех эльфов, среди которых был голосистый певец, занимала ближайший по соседству со мной стол, и их гулянка, судя по всему, только подходила к самому разгару. Клянусь, если бы площадь таверны позволяла, они пустились бы в пляс, но эльфам приходилось довольствоваться территорией их стола, чем они и пользовались в полной мере. Один из эльфов по-дружески хлопнул другого по плечу и, открывая очередную бутылку крепкого напитка, громко сказал:

  • Дружище, а расскажи-ка своим товарищам по гильдии еще раз, как ты завалил того дворфа, который тебе попался в Выжженых Землях!

Из-за стола поднялся тот самый эльф, в певучести которого я имел честь убедиться собственной персоной и, поднимая кружку с тем же самым ромом, что и пил я сам, торжественно заявил:

  • Друзья мои! Я не устаю возносить хвалу всем богам за то, что в тот момент при мне был мой меч! – эльф вытащил из ножен свой двуручный клинок, покрытый светящимися рунами, и представил его на общее обозрение. – Демон его побери - того дворфа, но он возник просто из ниоткуда…

И тут его взгляд упал на меня, и глаза эльфа расширились от удивления.

  • Эй, а мы нигде раньше не встречались?! – воскликнул он.
  • Ого! – с интересом проговорил один из товарищей эльфа. – Сдается мне, что мы сегодня услышим еще одну из увлекательнейших историй Ривенгарда!
  • Ривенгарда?! – в свою очередь воскликнул я. – Так ты тот самый Ривенгард?! Брилл, ворген, ты помнишь?!
  • О, боги! – крикнул Ривенгард. – Вот так встреча! Так ты все-таки выжил?!

Все сидящие в таверне повернулась к нам, ожидая развития событий.

  • Друг мой! Я тебе жизнью обязан! – я выскочил из-за стола и схватил руку эльфа, пожимая ее так крепко, как только мог.
  • Так у тебя, оказывается, были приключения в Восточных королевствах? – захохотали друзья Ривенгарда. – Ты нам об этом не рассказывал!

Ни слова не говоря, Ривенгард подвинул все кружки и тарелки с закуской в сторону, освобождая место для меня, и приглашающе взмахнул руками. Я с удовольствием пересел за стол к эльфам, и налил всем рома из своей бутылки. Мой поступок был оценен по достоинству, но, тем не менее, вопрошающие взгляды всех просто требовали продолжения истории. Хозяин таверны подошел к нашему столу, поставил на него две бутылки с каким-то напитком и, кивая головой в сторону стола, за которым сидели гоблины, сказал:

  • Ваши союзники впечатлены встречей, по-видимому, давних друзей, и просят принять от них это вино.

Ривенгард с благодарностью поклонился гоблинам, и его примеру последовал и я. Мы сели за стол, выпили за встречу, и я, желая прервать ожидающую тишину, встал и вышел на середину обеденного зала.

  • Я вижу, что все присутствующие здесь, - проговорил я. – Хотят услышать подробности нашей встречи. Я с удовольствием расскажу эти подробности, если нам будет подано достаточное количество рома и того чудесного кабаньего мяса, которое так замечательно жарят в этой таверне!
  • Продолжай! – раздалось из-за стола орков. – Еды и рома будет много, клянусь свои молотом!
  • Отлично! – воскликнул я. – Итак, я заявляю всем присутствующим, что являюсь должником этого эльфа, ибо он спас меня от врага, который покушался на мою жизнь в окрестностях Брилла! Клянусь, что я приду на выручку Ривенгарду в любой битве или в каких-то других обстоятельствах, которые потребуют моего вмешательства!

Восторженный рев и звон бутылок был ответом на мои слова. Множество рук взметнулось вверх с наполненными кружками, и громкий боевой клич потряс стены таверны.

  • За Орду!!! – закричали все присутствующие, и ощущение какого-то нерушимого братства окутало меня, опьяняя похлеще, чем тот ром, которого я выпил уже немало.

Торжество в следующую минуту было прервано еще одним криком, который отличался от остальных более тонким и приятным тембром голоса:

  • Я сразу догадалась где искать самых трезвых воинов гильдии!

В заведение вошла темноволосая эльфийка с висящим за спиной, весьма впечатляющим ружьем.

  • Отлично выглядишь, Сангрелла! – раздалось из-за столов. – Посмотри, кто приехал к нам!

Эльфийка взглянула в мою сторону, и на ее лице отобразилось удивление.

  • Я очень рада, что с тобой все в порядке! – сказала она.
  • Благодаря вам с Ривенгардом! – я склонил голову , выражая благодарность.

Сангрелла повернулась ко всем остальным и несколько раз хлопнула в ладони, привлекая внимание.

  • Я понимаю, что у вас есть уважительная причина расслабиться! Но я должна сообщить вам, что с одобрения Гарроша Адского Крика, руководство гильдии «Аспект Возрождения» приняло решение завтра совершить рейд на Штормград.

И снова таверну потряс радостный рев. На этот раз вверх взметнулись не кружки с ромом, а мечи, топоры и ружья. Боевой клич чуть не оглушил меня, повторившись троекратно. Эльфийка Сангрелла вышла из таверны, получив заверение в том, что все кто входил в состав гильдии, пробудут здесь не больше получаса, а затем пойдут готовиться к рейду.

  • Так вы тут все из одной гильдии? – спросил я у эльфов, наливая по последней кружке.
  • Нет, не все. – ответил Ривенгард. – Орки наши, а среди гоблинов за дальним столом только двое из «Аспекта Возрождения». Подрастешь, вступай к нам, мы будем рады!
  • Слушайте! – с жаром воскликнул я. – Возьмите меня завтра в Штормград!

Эльфы дружно рассмеялись, а сидевший рядом Ривенгард положил мне руку на плечо.

  • Извини, дружище! – сказал он. – Мы слишком дорожим тобой! Давай как-нибудь в следующий раз.

Я не обиделся на эльфов, ведь я понимал, что из-за недостатка опыта стал бы обузой для всех. А нянчиться со мной и оберегать от более сильных врагов было бы равносильно самоубийству. Я тяжело вздохнул, и сделал большой глоток из кружки. Напрашиваясь в рейд, я совсем забыл, что собирался на юг Дуротара. Мне следовало бы отдохнуть, и на следующий день отправляться в путь, который мог оказаться весьма непростым. Я допил свой ром и попрощался с новыми друзьями. На втором этаже таверны меня ждала комната с кроватью. На ней я и растянулся, засыпая под слова песни горланящих гуляк:

Воют вьюги Нордскола,
Йо – хо!
Пять шагов до намеченной цели,
Крепче, братья, держите ваши мечи,
Мы дошли, мы смогли, мы сумели…

Мэллон и Ароссо

Четверо людей сидели на лесной поляне у костра, над которым висел котелок с неприхотливой похлебкой. Кутаясь в плащ от ночного холода, и ворча на всех богов, каких только знал, старший группы помешивал ужин, внимательно прислушиваясь к легкому шуму леса. Осторожность никогда не помешает, особенно когда вокруг полно диких зверей, готовых закусить тобой в любой момент. Четверка знатоков горного дела остановилась в этом месте для отдыха и ночлега по причине того, что более подходящего места попросту не было. Кругом были только леса и горы, кишащие всевозможным зверьем, а до родного Штормграда оставалось еще больше семи дней пути. Торвальд, так звали старшего группы, еще раз помешал похлебку в котле, и хотел было уже пригласить всех к ужину, как вдруг где-то рядом хрустнула ветка. Все четверо подскочили, как ошпаренные, и схватились за оружие.

  • Мир вам! – раздался голос, и из темноты в свет костра вышла фигура ночного эльфа.

Он был совсем молод, и искатели руды очень удивились, увидев его ночью, разгуливающим по лесу в полном одиночестве. Люди даже подумали о некоторой легкомысленности эльфа, впрочем, эти мысли немедленно рассеялись. Эльф был не один. В темноте среди деревьев внезапно вспыхнули два желтых глаза, и на поляну выскочил здоровенный ледопард. Он остановился рядом с эльфом, припал к земле и угрожающе рыкнул.

  • Тихо, Ронго! – сказал эльф, и животное моментально успокоилось, лишь только подергивающийся кончик хвоста говорил о настороженности зверя.
  • Вы позволите обогреться у вашего костра? – спросил эльф.
  • Если твой питомец всегда так тебя слушается, то милости просим! – ответил Торвальд, и показал на свободное место.
  • Благодарю вас! – эльф расположился у огня, приказав ледопарду лечь рядом.

В полном молчании все поужинали, после чего один из людей нарушил тишину, обращаясь к ночному гостю.

  • Не страшно в таком возрасте путешествовать в столь неспокойное время?
  • Нет! – ответил тот. – Тому, кого воспитал паладин, ничего не страшно! Кроме того, со мной мой верный Ронго!

Ледопард, услышав свое имя, поднял голову и вопросительно взглянул на хозяина.

  • Твой отец воспитал храброго сына! – заметил Торвальд.
  • Меня воспитал не мой отец! – сказал эльф. – Отец пропал без вести, когда я был еще младенцем. Меня вырастил его друг, он заменил мне отца.

На мгновение возникло неловкое молчание, после чего эльф встал и попрощался.

  • Да продлят боги ваши дни! – проговорил он. – Спасибо вам за ужин и место у огня! А нам пора двигаться дальше.
  • Может быть, останетесь до утра, а утром пойдем вместе?
  • Нет, благодарю вас, мы очень торопимся!
  • Позволь хотя бы узнать твое имя!
  • Мэллон! – ответил эльф, и вместе с ледопардом исчез в ночной тьме…

Собор Света в Штормграде не заставлял замирать в восхищении разве что только слепого. Резиденция архиепископа Бенедикта одним своим видом вызывала волну благочестия и смирения у всех горожан и гостей города в любое время суток. Однако в этот день внутри здания не происходило ничего такого, что имело бы отношение к смирению. Скорей наоборот, жаркие споры, в поисках истины грозили перерасти в нечто более неприглядное. Архиепископ Бенедикт изо всех сил старался не выйти за рамки своего статуса, и не повысить голос, но стоящий перед ним человек упрямо не хотел понимать самых убедительных доводов.

  • Ароссо, он просто обязан стать паладином, как и ты! – мягким, но слегка дрожащим от нетерпения голосом говорил архиепископ.
  • Святой отец, я полностью понимаю вас, но и вы поймите его! – отвечал стоящий перед ним собеседник. - Он не помнит своего отца, а я пока не могу открыть ему истину, ведь это может травмировать его неокрепшую душу! Ну какой из него воин Света?! Он не может быть паладином!
  • Ты не прав! – возразил Бенедикт. – Именно по всем этим причинам он и должен приблизиться к Свету! Вспомни свою юность, Ароссо, ведь тебя самого с детства воспитывали должным образом, и благодаря этому ты стал образцом для подражания! Ты силен духом, и твою веру ничто не может поколебать, так почему же ты не хочешь, чтоб твой воспитанник стал таким же?!
  • Я… Святой отец, я не знаю, как объяснить! Я просто чувствую, что у него свой путь в жизни, и я не уверен, что этот путь – путь паладина! Он не может жить так, как живут воины Света, он просто задохнется от такой жизни!
  • Что же плохого в твоем образе жизни?! – искренне удивился архиепископ. – Разве ты задыхаешься от нее?!
  • О, нет, Святой отец, простите меня, я неправильно выразился! Дело в том, что…

Договорить паладину не дал звук распахнувшейся двери, и последовавшие за ним звуки четких и громких шагов. Так идти мог только уверенный в себе человек, причем, настолько уверенный, что иначе, как королем, он просто быть не мог. Но это был не король. И даже не человек. Он быстро приблизился к архиепископу, и преклонил колено в почтении.

  • Мир вам, Святой отец! - проговорил молодой эльф и, повернувшись к паладину, кивком головы поприветствовал своего приемного отца.
  • Мы ждали тебя немного раньше! – укоризненно заметил Бенедикт.
  • Прошу прощения, но в это время года море слишком неспокойно! – ответил Мэллон. – У нашего корабля сорвало руль, и мы потеряли много времени из-за ремонта.
  • Мэллон! – негодующе воскликнул Ароссо. – Ну я же просил тебя не ездить в Калимдор!
  • Прости, отец, я должен был это сделать! Ты же знаешь, что через неделю я достигну того возраста, когда юнцы становятся воинами! Кто знает, какая судьба мне уготовлена на этом поприще?! Может быть, я больше никогда не увижу тех мест, где я родился! Я просто обязан был навестить Тельдрассил!
  • Ну что с тобой поделать?! – Ароссо всплеснул руками. – Я иной раз думаю, что ты просто родился каким-то следопытом!
  • Да, отец, меня никогда не устроит какое-то однообразие и постоянство! – Мэллон так обезоруживающе улыбнулся, что Ароссо ничего не оставалось делать, как опять всплеснуть руками.
  • Святой отец! – смиренно проговорил паладин, обращаясь к архиепископу. – Как вы сами думаете – будет ли он воином Света, или ему уготована другая участь?

Бенедикт хранил молчание минут пять, не меньше. Но все же ответил, хотя это далось ему с трудом.

  • Я предлагаю собраться здесь через неделю тем же составом, но только… - архиепископ на мгновение задумался, и продолжил. – С главой вашей гильдии, Ароссо! А теперь, прошу меня простить! Неотложные дела требуют моего участия!

Бенедикт встал с кресла, давая понять, что разговор окончен. Ароссо и Мэллон покинули Собор Света, и вышли на улицу, залитую солнечными лучами. В полном молчании они добрались до своего дома, хотя по глазам молодого эльфа было видно, что он отдал бы все на свете, чтобы узнать подробности разговора Ароссо с архиепископом. Паладин уже протянул руку к двери жилища, но вдруг сделал шаг назад, и пристально взглянул в сторону порта. Мэллон проследил за его взглядом и, ошеломленный, застыл на месте. Над причалами, в небо поднимался столб черного дыма, который с каждым мгновением становился все гуще и чернее.

  • Отец, что это? – воскликнул Мэллон. – Пожар?
  • Боюсь, мой мальчик, что это нечто пострашнее пожара! – мрачно ответил паладин, сжимая кулаки так, что хрустнули костяшки пальцев.
  • Орда?! – глаза эльфа загорелись в предвкушении первого в его жизни, настоящего боя.

Ароссо заметил этот огонек, и на секунду представил своего приемного сына участвующим в неотвратимо надвигающейся схватке.

  • А ну-ка быстро в дом! – заорал он на вздрогнувшего от неожиданности эльфа. – Запри дверь, и никому не открывай! Если кто попытается вломиться – стреляй!

И, рванув с пояса оружие, паладин бросился бежать в сторону порта. Мэллон еще минуту стоял возле дома, принимая какое-то важное решение, а затем кинулся следом за Ароссо, сдергивая с себя висящий на плече арбалет.

Шаманка

Путешествие к деревне троллей прошло без приключений, если не считать пару-тройку нападений ящеров и скорпидов. С первыми особых проблем не возникло, от них я отбился легко. Но вот скорпиды... До чего же хитрыми тварями оказались эти отвратительные создания! Они прятались под камнями и скалами, и атаковали неожиданно, пытаясь ужалить своим хвостом, похожим на кривой кинжал. А этот неприятный стрекот, который они издавали при нападении... Брр! Назад в Оргриммар я решил возвращаться только по воздуху, а если богам будет угодно вновь забросить меня в самую середину Дуротара, то тогда я обязательно захвачу с собой несколько саронитовых бомб для этих исчадий ада! В деревню Сен'джин я добрался только к позднему вечеру, при свете начинающих появляться в небе звезд. Тролли еще не спали и, как оказалось, даже не собирались. Все поселение отмечало возвращение из долгого путешествия двух своих соплеменников, и получилось так, что я приехал в самый разгар праздника. Повсюду горели факелы, освещая легкие хижины троллей. Тут же, в изрядном количестве жарилось мясо, а в самом центре деревни стояли несколько бочек с каким-то напитком. Заметив меня, один из троллей посоветовал привязать где-нибудь коня, и побыстрей присоединяться к всеобщему веселью. Я с удовольствием последовал его совету, и несколько раз зачерпнул из бочки весьма недурного пива. Основная масса населения деревни собралась вокруг двух соплеменников, которые рассказывали о своих приключениях во время странствий, не забывая изредка наполнять кружки хмельным напитком. Мне тоже захотелось послушать, и я нашел себе отличное место на ступеньках стоящей рядом хижины. Обзор был великолепный - я видел все, что происходило в центре деревни, а голоса рассказчиков звучали достаточно громко для того, чтобы я их хорошо слышал. Неторопливо отпивая из своей кружки, я заслушался повествованием так, что не сразу почувствовал, как кто-то дотронулся до моего плеча. Я обернулся, и от испуга чуть не выронил из рук свое пиво. Взгляд шаманки, стоящей за моей спиной, прожигал меня насквозь. Он как-будто ощупывал и проверял на прочность каждую клеточку моего тела, которое внезапно застыло, как парализованное. Я уже начал задумываться - нет ли за мной какой-нибудь вины, но шаманка убрала руку с моего плеча, и тихо сказала:

  • Иди за мной!

Как околдованный, я поставил кружку с пивом на ступеньку, и двинулся за ней внутрь хижины. Одна единственная свеча освещала внутреннее пространство, но ее вполне хватило для того, чтобы видеть черные, как ночь, глаза шаманки. Она была совсем юной, но этот взгляд… Так смотреть мог только тот, кто прожил на этом свете тысячу лет, не меньше! У меня сложилось впечатление, что эта шаманка, едва взглянув мне в глаза, сразу смогла бы сказать то, чего я сам не знал о себе. Мы изучали друг друга в полумраке очень долго, пока я не решился подать голос.

  • Как мне называть тебя? – спросил я.
  • Как хочешь. – ответила шаманка. – Мое имя тебе ничего не скажет. Но твое истинное имя может очень помочь тебе в твоих поисках.
  • Мое истинное имя? Я не понимаю тебя!
  • Я знаю! – улыбнулась шаманка. – Тебе еще много предстоит понять.
  • Прошу тебя! – взмолился я. – Помоги мне узнать истину!

Не говоря ни слова, шаманка достала небольшую чашку, насыпала туда немного какой-то измельченной травы, и поставила ее в центр хижины.

  • Приготовься. – сказала она. – Но предупреждаю тебя – ты можешь увидеть то, что совсем не ожидаешь!

Шаманка приказала мне сесть на пол и молчать, а сама взяла свечу, и подожгла содержимое маленькой чашки. Я почувствовал резкий запах, идущий от горящей травы, а затем услышал голос шаманки, произносящий непонятные мне слова. Они зазвучали в моей голове с каким-то эхом, к которому примешивался еще один звук, похожий на нарастающий рокот барабанов. Я хотел повернуться в сторону этого звука, но не смог даже пошевелиться. Перед глазами все поплыло и приняло размытые очертания, словно я перебрал сверх всякой меры крепкого хмельного напитка. Шаманка куда-то пропала, а вместо нее появился ярко освещенный зал огромных размеров, увешанный знаменами Альянса. Ночной эльф юного возраста и взрослый человек стояли перед каким-то жрецом, который, судя по его одеянию, занимал очень высокий пост.

  • Святой отец! – говорил человек, обращаясь к жрецу. – Как вы сами думаете – будет ли он воином Света, или ему уготована другая участь?

Скорей всего, речь шла про молодого эльфа, но продолжение разговора я не услышал, потому что густой туман появился со всех сторон, и все вокруг поменялось. Полупрозрачная тень неотступно следовала за юным эльфом, который как-будто внезапно ослеп. Он, как только что родившийся детеныш ледопарда, бродил во тьме, не зная куда ткнуться. Следовавшая за ним тень, наоборот, пыталась привлечь его внимание, но тщетно – эльф не замечал ее. Затем происходящее вновь изменилось, и я увидел того же эльфа, но уже на каком-то кладбище. Он стоял среди могил, и растерянно осматривался вокруг, словно оказался в совершенно незнакомом месте. И вдруг он закричал. Его крик был наполнен такой болью и горем, что мне захотелось протянуть к нему руки, обнять, и как-то успокоить, но я не смог даже сдвинуться с места.

  • Отец! Где ты?! – снова крикнул эльф, и медленно растворился в воздухе.

И тут же вместо него появился всадник. Он выехал на своем коне буквально из ниоткуда, и посмотрел прямо мне в глаза.

  • Ему сейчас очень плохо, Изенделл. – сказал он. – Но ты должен попытаться все исправить!

Я слышал все, что мне было сказано, но мое внимание было полностью обращено на всадника. Гербовая накидка Подгорода, два торчащих за поясом кинжала, и лицо… Мое лицо!

Я сидел на полу хижины в полном оцепенении. Шаманка предупреждала о том, что я могу увидеть нечто, к чему я не готов, но такое…! Понемногу все стало складываться в единое целое. Выходило, что ночной эльф по имени Изенделл, это не кто иной, как я сам, но только в прошлой жизни. А этот молодой эльф - мой сын?! У меня есть сын?! Но почему ему сейчас плохо? Оттого, что он потерял отца? Или… В моей памяти всплыли слова эльфийки Сангреллы о запланированном нападении на Штормград, которое по времени должно было происходить именно сейчас. О, боги! Во мне все вскипело от всех этих мыслей, и я вскочил на ноги. Я должен был что-то сделать, но что?! Я понимал, что за мгновение добраться до главного города Альянса, и как-то защитить своего сына я не мог, но что мне оставалось делать? И тут раздался голос шаманки, о которой я просто забыл, но которая находилась на расстоянии вытянутой руки от меня.

  • Не торопись совершать необдуманные поступки. – сказала она. – Я знаю, что ты видел.
  • Но что мне делать? – я готов был кричать и бежать, сам не зная куда.
  • Выпей рому в таверне в Оргриммаре. – таков был ответ шаманки.
  • Что?! – я не поверил своим ушам. – Пить ром? Мне? Сейчас?
  • Да. – непринужденно сказала шаманка. – Тебе это поможет куда больше, чем бессмысленные и бесполезные метания!
  • Но… - попытался возразить я.
  • Езжай в Оргриммар! – крикнула шаманка, выходя из себя. – Немедленно!

И я поверил ей. Я пулей выскочил из хижины, не замечая, что уже наступило утро, и бросился к своему коню. Я забыл о летающих по воздуху животных, которые могли доставить меня в Оргриммар куда быстрее, чем лошадь. Я забыл обо всем. Я помнил только одну цель – таверну в Оргриммаре. И я помчался к этой цели, не обращая внимания на ящеров, скорпидов, и все остальное на этом свете.

Рейд на Штормград

Яркое свечение портала изрыгало из себя все больше и больше вооруженных до зубов орков, тауренов, и прочих представителей Орды. Каждый, кто на свою беду оказался рядом в момент нападения, уже оплывал лужей крови, лежа на брусчатке морского порта с разбитой головой, или с распоротым животом. Несколько кораблей, стоящих у причалов Штормграда, были настолько прожарены солнцем, что моментально вспыхнули от первых же стрел, обмотанных горящей тканью. Городская стража немедленно подняла тревогу, но поначалу это не принесло никакого результата. Порт был захвачен быстро, и без какого-то ощутимого сопротивления. Предводитель нападавших довольно хмыкнул, глядя на столбы дыма и лежащие вокруг трупы.

  • Не расслабляться, сейчас они повылазят из теплых постелей! – крикнул он. – Двигаемся в город!

И многочисленный отряд потек наверх, по длинным каменным лестницам, ведущим в самое сердце Штормграда…

Мэллон бежал изо всех сил, и осматривался по сторонам, опасаясь наткнуться на Ароссо. Приемный отец всегда был добр, но непослушания не терпел, а сегодня не потерпел бы тем более. Дым из морского порта надвигался на город, и уже начинал стелиться по улицам, заставляя Мэллона сбавить скорость, и прикрыть лицо рукой. В воздухе что-то промелькнуло, затем еще и еще. Молодой эльф с трудом различал в нарастающей темноте фигуры пролетающих воинов Альянса, спешащих к месту битвы. Где-то рядом раздался звук копыт, и через мгновение мимо пронеслась группа всадников с обнаженными мечами. Мэллон на минуту замешкался, заряжая стрелу с красно-черным оперением в арбалет, и бросился бежать дальше к порту. Лязг клинков, выстрелы, и яростные крики звучали все громче. Эльф крепче сжал оружие, и в следующую секунду услышал за спиной до боли знакомое урчание. Верный и преданный ледопард догнал своего хозяина, и остановился, тревожно посматривая по сторонам. Эльф сразу же заметил на своем питомце небольшие свежие порезы.

  • Ронго! – удивленно воскликнул Мэллон. – Ты что, через окно выбрался?

Ледопард подозрительно понюхал воздух, и глухо зарычал. Молодой эльф поднял арбалет, и осторожно сделал несколько шагов, готовый выстрелить в любую секунду. От запаха гари уже было почти невозможно дышать. Внезапно что-то оглушительно громыхнуло, и из-за угла впереди стоящего дома вылетели клубы черного дыма, а вслед за ними фигура орка с почти оторванной рукой. Орк, казалось, совсем не замечал своей ужасной раны. Используя здоровую руку, он поднялся с мостовой, подобрал свой топор, и страшным голосом заорал:

  • Шевелитесь, трусливые твари! За Ор…

Закончить фразу ему не дал Ронго, метнувшийся подобно снаряду, выпущенному из катапульты. Ледопард с разбегу прыгнул на орка, вцепился огромными клыками в его голову, и задергал задними лапами, стремясь разорвать когтями грудную клетку. Грудь орка осталась целой и невредимой, благодаря стараниям кузнецов Оргриммара, сделавших отличные латы. Но голове повезло меньше. Слетевший после взрыва саронитовой бомбы шлем, не оставил орку никаких шансов. Хрустнувшая в мощных челюстях голова через две секунды превратилась в кровавую смесь мозгов, кожи и черепной кости. Ледопард с победным видом наступил на упавшее тело, и издал грозное рычание. Мэллон смотрел на своего питомца широко раскрытыми от удивления глазами. Бывали случаи, когда в своих путешествиях они сталкивались с медведями и саблезубами, но впервые Ронго проявил себя в реальной схватке с грозным врагом. Молодой эльф всегда относился к ледопарду, как к питомцу, которого можно погладить и почесать за ухом, но в этот день Мэллон увидел в Ронго надежного боевого товарища, который не подведет в минуту опасности.

Ветер с моря понемногу крепчал, надвигая на Штормград грозовые тучи, и разгоняя дым от пожарищ. Дышать стало легче, да и видимость заметно улучшилась. А бой разгорался все сильнее. Когда молодой эльф с ледопардом подбежали к территории порта, перед их глазами предстало леденящее душу зрелище. Несколько сотен воинов сошлись в беспощадной схватке, безжалостно уничтожая противника любыми доступными способами. Крики раненых и умирающих, лязг мечей и взрывы, слились в один монотонный гул. Мэллон попытался найти взглядом Ароссо, но в такой мясорубке это было просто нереально. Вокруг царили смерть и хаос. Молодой эльф видел, как невысокий дворф махал своим молотом, разбрасывая врагов в разные стороны, но вдруг замер и зашатался, как пьяный. В тот же миг за его спиной возник мертвец в гербовой накидке Оргриммара. Он схватил дворфа за голову, притянул к себе, и одним движением перерезал ему горло. Дворф рухнул, как подкошенный, захлебываясь собственной кровью, а в следующую секунду мертвец сам стал мишенью для удара. Посох человека в заляпанных кровью доспехах, сильным взмахом просто перебил его напополам. Тем временем, грозовые тучи достигли Штормграда, сверкнула молния, и после громового раската хлынул дождь. Боясь, что от хлеставшей с неба воды размокнет тетива арбалета, Мэллон рванулся к ближайшему дому. Когда до здания оставалось не более десяти шагов, дорогу молодому эльфу и ледопарду преградил противник. Противник той же расы, что и Мэллон, но волей судьбы, ставший непримиримым врагом всех народов Альянса. Кровавый эльф, рыцарь смерти по имени Ривенгард, стоял, преграждая путь к цели, и глаза его горели зловещим светом. Он уже хотел взмахнуть своим двуручным мечом, как вдруг рядом раздался яростный крик:

  • Не тронь парня, собака!

Человек и дреней быстро приближались к ним, спеша на помощь. Уже Мэллон вскинул арбалет, и Ронго сделал первый прыжок, когда кровавый эльф сверкнул глазами, и произнес какое-то заклинание. Мэллон почувствовал, как на него накатила горячая волна, кровь хлынула из ушей и носа и, выпуская стрелу из арбалета, молодой эльф потерял сознание…

Последние капли дождя упали на розовую от крови и воды мостовую, где-то вдали сверкнула молния, но звук грома уже не дошел до Штормграда. Какой-то гул постоянно бил в уши, время от времени заставляя голову раскалываться от дикой боли. Но внезапно перед глазами заплясало что-то светлое, и облегчение нахлынуло лавиной на все тело. Знакомый голос озадаченно кашлянул, и с легкой тревогой спросил:

  • С ним точно все будет в порядке?
  • Придется полежать с недельку дома. – ответил еще один голос. – Но жить будет.

В открытые глаза быстро начало возвращаться зрение, и Мэллон увидел склонившихся над ним Ароссо и еще нескольких воинов гильдии «Стражи Тирисфала». Во взгляде приемного отца было такое беспокойство, что эльфу стало бесконечно стыдно за свое непослушание. Он негромко застонал, и его пересохшие губы едва смогли выдавить:

  • Отец, прости меня!

Красно-черная стрела

В южные ворота Оргриммара я влетел так, как-будто за мной гнался весь Пылающий Легион в полном составе. Едва не сбив своим конем двух орков, тролля и гоблина, я миновал зигзагообразный проход в город, и получил вслед отборнейшие проклятия. Впрочем, это меня мало волновало. Но, как оказалось, не только меня. Гаррош Адский Крик заметил мое возвращение еще издали. Он уставился на меня недвусмысленным взглядом, от которого я распрощался со всякой надеждой побыстрей добраться до заветной таверны. Мне не оставалось ничего другого, как подъехать к вождю, и доложить о своем прибытии.

  • Ты быстро вернулся, как раз вовремя. – сказал Гаррош. – Ты что-нибудь слышал про Ущелье Песни Войны?
  • Нет, вождь. – ответил я. – Только в общих чертах.
  • Понятно! – Адский Крик на секунду задумался. – Ты пойдешь туда в составе небольшой группы. Мне нужны подробные сведения о той местности. Отправление завтра утром. Будь готов, сбор на восходе солнца, у крепости Громмаш. Вопросы есть?
  • Нет, вождь, я прибуду вовремя. – ответил я, обрадованный тем, что мне все-таки удастся посетить таверну.

Гаррош махнул рукой, отпуская меня, и ушел, напевая себе под нос какой-то боевой гимн. А через пять минут я уже сидел в таверне, весьма озадаченный и раздосадованный полным отсутствием посетителей. В заведении никого не было, лишь только хозяйка деловито протирала полотенцем кружки и тарелки. Делать было нечего, и я решил последовать указанию, полученному от шаманки из деревни Сен’джин. Пить ром я не стал, но кружку светлого пива и тарелку отварных мидий заказал. Не знаю, сколько времени я сидел, размышляя о том, что видел в деревне троллей, но когда моя кружка опустела на три четверти, в таверне послышались звуки шагов и громкие голоса.

  • Хозяйка, мяса и весеннего портера нам! – крикнул эльф Ривенгард с порога.

Вместе с ним в таверну зашли еще трое эльфов. У одного из них была перевязана голова, а сам Ривенгард, похоже, мог действовать только одной рукой. Неприятная дрожь охватила меня при мысли о том, откуда появились эти раны, но беспокоился я вовсе не об этих кровавых эльфах. Я переживал за того, кто мог быть самым родным для меня созданием во всем Азероте. Увидев меня, Ривенгард в приветствии кивнул головой, и вся четверка уселась за мой стол. Ожидая, пока готовится мясо, эльфы сделали по несколько глотков из своих кружек.

  • Ну, как все прошло? – не выдержал я.
  • Бывало и получше. – без особой радости ответил один из эльфов.
  • Да уж, в этот раз они быстро опомнились. – сказал Ривенгард. – Многие из наших остались там, в проклятом порту.
  • Ты ранен? – спросил я, показывая глазами на левую руку кровавого эльфа.

Взгляд Ривенгарда вспыхнул недобрым огнем. Он вытащил из-за пояса короткую арбалетную стрелу с красно-черным оперением, и яростно швырнул на стол.

  • Вот, привез сувенир оттуда! – со злостью воскликнул он. – Каков щенок, ты только представь себе! У него кровь хлещет отовсюду, глаза уже закатились, а он стрелять в меня вздумал! Чуть ниже, и попал бы прямо в сердце!

В этот момент хозяйка таверны принесла зажаренное мясо, и эльфы принялись за еду. Я смотрел на лежащую передо мной стрелу со следами засохшей крови, и странное чувство овладевало мной. Сама стрела не вызывала у меня абсолютно никаких эмоций, но ее оперение… Я готов был поклясться чем угодно, что такие красно-черные перья какой-то птицы уже когда-то лежали в моих руках. Как же мучительно было созерцать нечто очень важное перед собой, и понимать, что узнать смысл и происхождение этой вещи мне придется нескоро, если вообще придется. Мой взгляд зацепился за необычные царапины возле стального наконечника стрелы. Я взял ее в руки, и ногтем поскреб тонкий слой засохшей крови. И тут я обнаружил такое, что заставило меня вскочить, как-будто в двух шагах от стола, за которым я сидел, взорвалась саронитовая бомба. Эльфы оторвались от своего мяса, и изумленно наблюдали, как дрожь пронзила мое тело.

  • Дружище, что с тобой? – с недоумением спросил Ривенгард.

Я молча сел на место, положив обратно на стол стрелу, на которой витиеватыми буквами была начертана фраза «Да падет враг от руки Изенделла».

  • Он жив? – мой голос дрожал от сильного волнения.
  • Кто? – непонимающе взглянул на меня Ривенгард.
  • Тот, кто ранил тебя! – чуть ли не закричал я. – Ведь это был эльф! Молодой эльф, так?!
  • Откуда ты зна…
  • Он жив?! – все-таки сорвавшись на крик, я повторил свой вопрос.
  • О, боги! Да откуда я знаю? – в полной растерянности ответил Ривенгард. – В тот момент прозвучал сигнал к отходу, мне пришлось бежать к порталу!
  • Как выглядел тот эльф?

Пока мой товарищ, не понимая в чем дело, описывал внешность ранившего его врага, я вспоминал то, что показала мне шаманка в деревне Сен’джин. Все совпадало – одежда, прическа, цвет волос. Это был он. И он был в Штормграде, причем неизвестно в каком состоянии. В этот миг в мою голову ворвалась настолько безумная идея, что я сам себя поначалу принял за сумасшедшего. Но другого пути я просто не видел. Я должен идти в Штормград!

  • Что ты сказал?! – четыре эльфа смотрели на меня с таким выражением лиц, как-будто увидели перед собой говорящего скорпида. Сам того не замечая, я произнес свои мысли вслух, чем ввел сидящих за столом в состояние легкого шока.
  • Друзья мои! – решительно сказал я. – Прошу вас, не спрашивайте меня ни о чем. Правду сказать не могу, а лгать не хочу. Ривенгард, дружище, позволь мне взять себе эту стрелу, я тебе потом все объясню!
  • Мне бы следовало расспросить тебя обо всем! – ответил эльф. – Но, так и быть, забирай стрелу, и храни свою тайну.

Я горячо поблагодарил эльфа, и хотел было уже попрощаться, но Ривенгард взял меня за руку, и вывел из таверны.

  • Слушай, Озгурд! – сказал он. – У нас с тобой есть кое-что общее. Мы оба когда-то приняли смерть. Но у нас есть и различия. Я остался самим собой, но ты… Мне кажется, что в твоем теле есть кто-то другой. Не знаю почему, но я не чувствую в этом зла. Будь осторожен, Озгурд, другие могут думать иначе. Береги себя и прощай…

Ранним утром следующего дня, в полном боевом облачении я стоял у входа в крепость Громмаш, держа за поводья своего коня. Наш отряд уже собрался полностью, ждали только командира, который получал последние наставления от Гарроша Адского Крика. Через четверть часа они вдвоем вышли из крепости, и Гаррош скомандовал:

  • Вперед, за Орду!
  • За Орду! – хором крикнули все, и отряд из двух десятков бойцов двинулся к городским воротам.

Слово короля

С некоторой долей беспокойства, но больше с уважением и гордостью за своего воспитанника, паладин Ароссо наблюдал, как Мэллон упорно борется с последствиями наложенного на него заклинания «вскипание крови». Какое там – неделю лежать в постели! Этот непоседа уже на следующее утро собрался ловить в городских каналах крабов! Лишь только непреклонная воля приемного отца заставила его остаться дома, но, судя по всему, ненадолго. Так же быстро поправлялся и ледопард Ронго, которому тоже изрядно досталось от рыцаря смерти во время боя у морского порта. Ароссо был неоспоримо прав, когда заявил, что этих «кошек» главное кормить получше, и тогда все раны и повреждения пройдут – не успеешь и глазом моргнуть.

В тот день Мэллон лежал в постели, изнывая от вынужденного безделья. Ронго развалился в двух шагах от кровати хозяина, периодически перекатываясь с одного бока на другой, и греясь под падающим из окна солнечным светом. Внезапно ледопард насторожился и, вскочив на лапы, начал принюхиваться. В ту же минуту возле дома послышалось лошадиное ржание, а затем раздался громкий и настойчивый стук в дверь. Ароссо впустил внутрь гостя, который явно не привык долго ждать у входа.

  • О, какой неожиданный визит, – воскликнул паладин, и добавил: – Ваше Величество!

После этих слов Мэллон соскочил с кровати и, едва не запнувшись о ледопарда, приник ухом к комнатной двери. Кто бы мог подумать, к ним в гости пожаловал сам король Вариан Ринн! Но зачем? Мэллон напряг слух, и чуть-чуть приоткрыл дверь, чтобы лучше слышать разговор Ароссо с неожиданным гостем. Разговор, однако, начался довольно-таки странно. Король заговорил сперва о политике, затем поинтересовался мнением паладина насчет последних достижений инженеров Штормграда. У Мэллона создалось впечатление, что король просто проезжал мимо, и зашел немного отдохнуть. В отличие от молодого эльфа, паладин думал иначе. Вариан Ринн хотел что-то выяснить, но не знал, как начать – так считал Ароссо. Стоящий за дверью Мэллон уже начал терять интерес к разговору, и хотел было завалиться обратно в постель, как вдруг услышал слова:

  • А как поживает наш герой?

Паладин был застигнут врасплох этим вопросом, и автоматически ответил:

  • Хорошо, Ваше Величество, уже намного лучше.
  • Отлично! – король даже прищелкнул пальцами от такого ответа, и продолжил: - Я слышал, что вы воспитали весьма недурного стрелка, который, несмотря на свой юный возраст, достойно показал себя в бою. Так вот, я хочу взять его в свою личную охрану. Как вы на это смотрите, господин Ароссо?
  • О, благодарю вас за оказанное доверие! Клянусь, я буду очень рад, если Мэллон удостоится такой чести, но архиепископ Бенедикт…
  • Ох, уж этот архиепископ! – перебил паладина король. – Мне порой кажется, что он придает слишком большое значение вопросам веры. Так значит, вы положительно смотрите на мое предложение?

Получив утвердительный ответ, Вариан Ринн хитро прищурился, как-будто достиг определенного успеха, и оставалось только развить его и закрепить.

  • Тогда Мэллон должен пройти небольшой экзамен. Завтра утром из Штормграда уходит отряд наших разведчиков. Цель похода – Ущелье Песни Войны. Мы получили известие о том, что туда движется шайка Орды, и нам необходимо выяснить, какого демона им там надо.
  • Но он не может! – воскликнул Ароссо. – Он еще слишком слаб для таких экспедиций.
  • Нет, отец, я готов! – комнатная дверь распахнулась, и в гостиную вышел Мэллон. – Добрый день, Ваше Величество!

Король кивнул головой в ответ, а паладин, возмущенный таким поведением воспитанника, сердито проворчал:

  • Разве я учил тебя подслушивать у двери, подобно какой-то любопытной служанке из таверны?

Молодой эльф покраснел от стыда, и опустил взгляд.

  • Итак. – вмешался в семейную сцену Вариан Ринн. – Решено! Вот вам мое последнее слово, господин Ароссо. Извольте завтра утром прислать вашего воспитанника к моей резиденции в полной боевой готовности. И наконец, узрите же в нем воина, ведь он уже не сопливый мальчишка!
  • Я пришлю его. – ответил паладин, смирившись с неизбежным. – Возможно, я и сам не заметил, как он вырос. Или не захотел заметить.
  • Прошу вас, не беспокойтесь за него. – король положил руку на плечо Ароссо. – Это будет всего лишь разведка, а не полноценная боевая операция.

Вариан Ринн встал со стула и, попрощавшись, вышел из дома. А через минуту удаляющийся стук копыт возвестил о том, что король уехал по своим делам, оставив погруженным в тягостные размышления паладина Ароссо, и его молодого воспитанника.

Вечером того же дня, когда последние сборы были закончены, Мэллон подошел к сидящему за столом паладину. Эльф сел рядом, поставив перед Ароссо кружку с пивом и тарелку с нарезанным даларанским сыром.

  • Поужинай, ты ведь даже не обедал сегодня.

Паладин взял кусок, но тут же положил его обратно.

  • Почему у меня такое чувство, что я вижу тебя в последний раз? – спросил он.
  • Отец, не волнуйся, король же сказал, что беспокоиться не надо.
  • К черту короля! – Ароссо ударил кулаком по столу. – Я служу Свету, и моя интуиция еще ни разу меня не обманула! Это будет неудачная разведка.

Эльф молчал, не зная, что сказать, а паладин снова схватил кусок сыра, и на этот раз его съел, запив двумя глотками пива.

  • Делай, что хочешь! – решительно заявил он. – Но я иду с тобой!

Ущелье Песни Войны

Я никогда не мог себе даже представить, что звезды бывают такими ослепительно яркими. Их, словно, кто-то неосторожно рассыпал тысячами в ночном небе Ущелья Песни Войны, и каждая звезда была окружена какой-то бледно-розовой аурой. Зачарованный этим зрелищем, я лежал на траве, укутавшись в свой плащ, и размышляя о последних событиях. Наш отряд расположился для ночлега и отдыха возле небольшого пригорка, которых здесь было много, и они отлично защищали от прохладного ночного ветра и посторонних глаз. Командир отряда, здоровенный орк Дар'гал первым делом расставил посты вокруг лагеря, и под страхом смерти запретил разжигать костры, чтобы не привлечь ненужного внимания. Мне повезло - при назначении часовых, выбор Дар'гала не пал на меня, подарив мне несколько часов долгожданного отдыха. Голова была полна мыслей о недавно принятом мной решении любым способом попасть в Штормград. В общем-то, добраться до столицы Альянса было не так уж и трудно. Проблема была в другом - как остаться целым и невредимым, хотя бы до тех пор, пока я не найду ночного эльфа, у которого я не знал даже имени. Единственная надежда найти его, была на арбалетную стрелу с красно-черным оперением, которую я всегда носил с собой. Кто-то из местных оружейников должен ее опознать, и привести меня к дому ее последнего владельца. Меня, или того, кто согласится помочь мне. Да! Ведь мне самому слишком опасно идти в Штормград. Я должен найти того, кто сможет беспрепятственно пройти в главный город Альянса и, скорей всего, это должен быть представитель самого Альянса. Я вскочил на ноги и, будучи не в силах лежать, взволнованно начал ходить туда-сюда. Сидящий на трухлявом бревне Дар'гал, под ярким светом звезд изучал какую-то карту.

  • Что, не спится? - спросил он, увидев меня. – Ну-ка, иди сюда.

Я подошел к орку, мысленно проклиная его за то, что он помешал мне думать о важных вещах.

  • Смотри! – сказал он, показывая мне карту. – Вот здесь наша лесопилка, а здесь находимся мы.

Где-то в близлежащих лесах взметнулась ввысь стайка птиц, как-будто встревоженная чем-то или кем-то. Дар’гал отложил карту, и уставился на лесной массив, настороженно поглаживая рукоятку своего топора.

  • Знаешь что, Озгурд, - медленно проговорил он. – Пойди-ка, проверь наши посты в той стороне, а я разбужу остальных.

Чутье не обмануло этого опытного орка. Лишь только я двинулся в сторону деревьев, как сразу увидел вспышку выстрела, и мгновенно бросился на землю. Пуля только слегка оцарапала мне ухо. Одновременно с этим сзади меня раздался яростный рев Дар’гала:

  • К бою! Поднимайтесь, сонные мухи!

Но бойцов нашего отряда уже не нужно было будить. Грохот ружья моментально поднял всех на ноги, и заставил схватиться за оружие. И в тот же миг из леса к нам рванулась толпа врагов, крича и стреляя на ходу. С великой досадой я вспомнил, что оставил свои кинжалы возле плаща, который лежал на траве в десятке шагов от подозвавшего меня командира. Вскочив с земли, я кинулся назад, не обращая внимания на летевшие пули и стрелы. Уже хватая с травы клинки, я услышал, как сошлись в рукопашной схватке две группы воинов. Наши стрелки предусмотрительно отошли в сторону, и под ярким светом звезд открыли огонь по противнику. Но, опасаясь попасть по своим, они прекратили стрелять, и бросились в бой. Все смешалось. Люди, орки, эльфы и дворфы били, резали и рубили друг друга с таким ожесточением, как будто это было внезапно взбесившееся стадо диких зверей, которые решили разорвать все живое вокруг. Разъяренный Дар’гал, зажимая рану в боку, и изрыгая проклятия, одной рукой крушил своим топором любого, кто был похож на врага. Спину командиру нашего отряда прикрывал таурен Рейн, по прозвищу Игла. Его прозвали так за то, что на спор он рогом прошибал насквозь молодое дерево. Правда, делал он это очень редко, поскольку высвободить потом рог из ствола стоило больших усилий. Но в эту ночь Рейн использовал любой способ для того, чтобы уничтожить противника. Когда на него бросилось трое врагов, он с такой силой метнул в них свой щит, что свалил с ног двоих, но третий сумел выбить из второй руки таурена оружие, и уже хотел ударить его мечом, но Рейн быстро сделал шаг вперед, и с размаху вонзил один из своих рогов в незащищенную броней шею неприятеля. Смотря на все это, я ощущал какую-то внутреннюю дрожь, но она быстро прошла, и благодарить за это надо было двух дренеев, которые набросились на меня настолько быстро, что я не успел уйти в невидимость. Впрочем, она мне и не понадобилась. Все произошло за считанные секунды. Я сделал резкий рывок в сторону, так, чтобы один из нападавших оказался на одной линии между мной и своим соплеменником. Затем нырнул вниз, уворачиваясь от секиры, и сразу же резанул обоими кинжалами ему по животу, после чего оттолкнул ногой прямо на второго дренея. Это было весьма кстати, поскольку тот уже готовился выстрелить в меня из ружья, стараясь не зацепить товарища. Пуля ушла в небо, а стрелок, сбитый с ног собратом с выпадывающими внутренностями, мгновением позже стал мишенью для моих кинжалов, которые я метнул в него одновременно. И тут моя спина ощутила сильный удар, едва не сваливший меня на землю. Обернувшись, я увидел ночного эльфа с занесенным для второго удара посохом. Мое оружие осталось в умирающем дренее, и вытаскивать его, просто не было времени. Я бросился на врага, ударом в лицо повалил его на траву и, навалившись сверху всем своим весом, хотел было задушить, но вспомнил, что у меня с собой все-таки есть кое-что. Моя рука вытащила короткую арбалетную стрелу, и занесла над противником, чтобы вонзить ее ему в горло. Реакция эльфа была настолько неожиданной, что поначалу я даже растерялся. Он впился взглядом в стрелу, и совершенно перестал сопротивляться, что дало мне время немного разглядеть его получше. И я действительно растерялся. Более того, я был просто ошеломлен.

  • Откуда у тебя эта стрела? – крикнул эльф, и от звука его голоса я окончательно впал в шок.

Не говоря ни слова, я поднялся на ноги, и когда моя тень ушла с лежащего на траве эльфа, в свете звезд я узнал его окончательно.

  • Назови свое имя! – мой голос неожиданно охрип, как-будто я внезапно простудился.
  • Мэллон. – встав с травы, ответил эльф, не понимая, что происходит.
  • Мэллон… - медленно повторил я. – Моего сына зовут Мэллон.
  • Что ты несешь?! – раздался сзади голос, и кто-то приставил к моему горлу нож.

Затем вдруг раздался звук рассекаемого воздуха, неизвестный противник вздрогнул, и нож выпал из его руки. Я обернулся к упавшему на землю телу человека, из бока которого торчала длинная стрела.

  • Ароссо! – закричал эльф с такой болью в голосе, как-будто сам получил смертельную рану.

К нам быстро подбегали Дар’гал и Рейн. Таурен уже на ходу замахивался своим молотом, намереваясь разбить голову эльфа на мелкие кусочки, и в этот момент во мне что-то взорвалось внутри. Я кинулся навстречу таурену, и с яростью толкнул его в грудь. Тот от неожиданности свалился на траву, не в силах осмыслить моего поступка. Изумленный Дар’гал с топором в руке замедлил ход, и заорал:

  • Ты что?! Убей этого остроухого!
  • Я убью любого, кто подойдет к нему! – в ответ закричал я, и наконец-то выдернул свои кинжалы из мертвого дренея.

Но я совсем упустил из виду Рейна, который встал с земли, и молнией метнулся ко мне. Одним движением отшвырнув молодого эльфа в сторону, он нанес удар, от которого у меня все поплыло перед глазами, ноги подкосились, и я потерял сознание.

Кто ты, Озгурд?

Яркий свет факела больно резал глаза, привыкшие к темноте. Гаррош Адский Крик молча стоял в камере подземелья, и смотрел на меня тяжелым взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Орк Дар’гал с горящим факелом в руке находился чуть позади вождя, настороженно переглядываясь с тауреном Рейном по прозвищу Игла…

Стычка между отрядами Орды и Альянса в Ущелье Песни Войны закончилась полным поражением последних. Уже утром, очнувшись с дикой болью в голове, я обнаружил себя связанным, и лежащим на траве в центре нашего лагеря. Ночной эльф Мэллон, так же со связанными руками, лежал в двух шагах от меня, и смотрел, как Дар’гал допрашивал пленного дворфа, одного из двух оставшихся в живых из отряда противника. Дворф говорил мало, больше плевался, и с ненавистью глядел на всех вокруг. Терпение орка, в конце концов, закончилось и, понимая, что большего от пленного добиться не получится, Дар’гал с яростной руганью всадил свой топор в голову дворфа. Ударив ногой мертвое тело, орк плюнул на него, и направился в нашу сторону.

  • Сынок, не слишком ли ты молод для войны? – издевательским тоном обратился он к Мэллону.
  • А ты развяжи мне руки, и увидишь! – ответил эльф захохотавшему Дар’галу.
  • Ты видел, что я сделал с твоим союзником? – орк перестал смеяться, и его лицо перекосилось от злобы. – С тобой будет то же самое, если ты не скажешь мне, какого демона вы сюда притащились!

Эльф замолчал, и отвернулся, одарив Дар’гала презрительным взглядом. А тот уже потерял интерес к Мэллону, и сделал шаг в мою сторону.

  • А ты у нас, оказывается, не такой уж простой, как кажется поначалу. – Орк задумчиво посмотрел на меня. - Кто ты? Шпион? Предатель, подкупленный врагом?
  • Я не предатель! А ты мне не судья! – я чуть было не выпалил правду, но вовремя остановился.
  • Ну и хорошо! – неожиданно согласился со мной Дар’гал. – Я знаю, кто тебя будет судить.

Он повернулся к остальным бойцам отряда, и крикнул:

  • Пошевеливайтесь, мы идем назад, в Оргриммар! Этих двоих доставить в целости и сохранности к вождю. Он сам разберется, кто тут враг, а кто предатель…

Подземелья Оргриммара кишели змеями и другими опасными тварями. Поговаривали, что там водились даже неупокоенные духи умерщвленных пытками пленников и разных преступников. Но в нашей камере не было ни змей, ни привидений. Там была темнота. Темнота и гробовая тишина. Снаружи не просачивалось ни лучика света, ни какого-либо звука. Меня и Мэллона бросили в одну камеру, чему я очень обрадовался. У нас было полно времени для разговора, и этим обстоятельством я воспользовался сполна. Во тьме я не видел глаз эльфа, но чувствовал, что поначалу он не верил ни одному моему слову. Все изменилось, когда я рассказал ему про мои видения в деревне Сен’джин. Я рассказал ему все, что со мной произошло с тех пор, как я появился в Тирисфальских лесах. И, кажется, он начал мне верить. Он не вопил от восторга, и не проливал потоки слез, но перестал перебивать меня, и стал слушать очень внимательно. А потом сам рассказал мне про Ароссо, и про арбалет с надписанными стрелами, который, по словам паладина, при рождении подарил ему отец. Настоящий отец. Мы говорили очень долго, желая докопаться до истины, а она была еще очень далека от нас. Но в тот момент мы сделали гигантский шаг навстречу друг другу, забыв о том, что волей судьбы принадлежим противостоящим народам. Единственное, что мы не понимали оба, так это то, как ночной эльф Изенделл превратился в нежить по имени Озгурд. И прояснить это мог только один человек. Человек, который на наших глазах упал, пронзенный стрелой из лука в Ущелье Песни Войны…

Гаррош Адский Крик в сопровождении орка Дар’гала и таурена Рейна вошел в камеру, где мы находились по нашим подсчетам уже неделю, а может быть и больше. Свет факела ослепил нас, а пока мы к нему привыкали, тяжелый взгляд вождя Орды просто придавливал нас к каменному полу, кое-как прикрытому какой-то сухой травой. А затем в тишине раздался голос, который в этих подземельях разнесся эхом на несколько сотен шагов.

  • Молодого щенка я убью сам! – прорычал Гаррош. – А тебя, Озгурд, сбросят с самой высокой скалы в Оргриммаре, и твои останки растопчут самые большие кодо, которые только найдутся в Калимдоре! Но сперва…

Он схватил меня, притянул вплотную к своему, искаженному яростью лицу, и продолжил:

  • Сперва ты скажешь мне, что за представление вы устроили в ущелье! Ты мне скажешь, почему союзник Великой Орды закрывает собой врага в бою! Ты мне скажешь, кто ты такой на самом деле, Озгурд!

Гаррош швырнул меня на пол, и хотел было выйти из камеры, но его остановил мой голос. Он дрожал и прерывался, но не от страха за свою шкуру. Мой голос дрожал от злости и решимости, от справедливого негодования и чувства собственного достоинства.

  • Стой, Гаррош Адский Крик! Я не скажу тебе того, о чем ты так хочешь узнать! Но я скажу тебе одно – я нигде и никогда не был, и не стану предателем! И ты не посмеешь обвинить меня в этом!

Адский Крик, обернувшись, посмотрел на меня, усмехнулся и, выходя из камеры, сквозь зубы процедил:

  • Посмотрим…

Я остаюсь!

На крепких ветках снег лежит,
И день уходит прочь,
В гнезде виверна уже спит,
И наступает ночь.
Уснул медведь и ледопард,
И кролик под кустом,
Засни, сынок, Элуна пусть,
Одарит тебя сном…

Ночная эльфийка качала на руках двухмесячного младенца и, напевая тихим голосом колыбельную песню, ожидающе поглядывала в окно. Снаружи большими хлопьями падал снег, и солнце уже заходило за горы, испуская последние лучи света. Эльфийка положила уснувшего ребенка в кроватку, и зажгла стоящую на столе свечу. Под чьими-то шагами захрустел снег, за окном мелькнула тень, и через секунду дверь дома открылась, впуская внутрь ночного эльфа с убитым оленем на плече. Эльф положил добычу у входа, снял с плеча арбалет, и отряхнул меховой плащ от белых хлопьев, налипших на него толстым слоем…

Звук открываемого замка, и звяканье связки ключей вошедшего в камеру гоблина-надзирателя, заставили меня очнуться от очередного видения. Очередная порция принесенной к обеду, абсолютно непригодной на вид баланды, не вызывала никакого аппетита. Гоблин небрежно поставил жестяную посуду на пол, воткнул факел в щель на каменной стене, и вышел из камеры. Заперев дверь, он ударил в нее кулаком, и крикнул, обращаясь к нам:

  • Советую оставить посуду пустой! Возможно, завтра вам обедать не придется!

Гоблин омерзительно хихикнул, удаляясь по коридору, и не менее омерзительно насвистывая что-то веселое. Судя по всему, жить нам с Мэллоном оставалось считанные часы. За себя я беспокоился меньше всего. Я даже находил ситуацию несколько комичной. Сколько раз за свое существование я могу умереть? Два, три, десять раз? Впрочем, это было не так уж важно. Я взглянул на Мэллона, который к моему хорошо скрытому удивлению, воспринял слова гоблина без малейшего следа паники и страха. Он лишь только слегка побледнел, но и это могло мне почудиться в полумраке камеры. К еде никто из нас не притронулся, и когда гоблин вернулся, его лицо скривилось в презрительной усмешке. Он взял жестяную посудину и, не говоря ни слова, направился к двери. Гоблин успел сделать только один шаг, когда пол в камере содрогнулся, а с потолка и стен посыпалась какая-то пыль. А уже через секунду до нас донесся приглушенный звук взрыва.

  • Что за шум? – удивленно пробормотал гоблин, и обернулся к нам. – Сидеть тихо, ясно?!

Он бросил на пол посуду с едой, и бегом рванулся к выходу. Едва только за ним прикрылась дверь камеры, как в коридоре послышалась какая-то возня, крики и звуки ударов. Мгновением позже, в чудом не сорванную с петель дверь, с кровавой кашей вместо лица влетел наш недавний надзиратель, и без признаков жизни рухнул на пол. Следом за ним в камеру ворвались несколько людей, дворфов и ночных эльфов, с оружием и горящими факелами в руках.

  • Он здесь! – крикнул куда-то в коридор невысокий дворф с рыжей бородой.

В следующую минуту внутрь вбежал человек, при виде которого Мэллон вскочил, как будто увидел привидение, а затем с криком «Ароссо!» бросился ему навстречу. Молодой эльф так крепко обнял его, что тот негромко вскрикнул, и схватился за бок.

  • Осторожней, сынок, рана еще не совсем зажила. – дрожащим от волнения голосом проговорил человек.
  • Ты жив! – воскликнул Мэллон. – И ты пришел за мной!
  • А разве могло быть иначе? – улыбнулся Ароссо. – Но сейчас не лучшее время для разговоров, нужно уходить.

После этих слов Мэллон так отшатнулся от него, что паладин встревожился не на шутку. Молодой эльф бросился ко мне, схватил за руку, и решительно заявил:

  • Я без него никуда не пойду!

Тут настал черед вмешаться мне самому.

  • Ты должен идти, Мэллон. – сказал я. – Не беспокойся обо мне, спасай свою жизнь.
  • Но…
  • Уходи, прошу тебя!
  • Так, минуточку! – озадаченно воскликнул Ароссо. – Что здесь происходит? Мы не можем взять с собой твоего странного друга.
  • Это не мой друг! – закричал Мэллон с выступившими на глазах слезами. – Это мой отец!

Гробовая тишина, наступившая в следующее мгновение, нарушалась только едва слышными где-то вдалеке звуками выстрелов. Несколько пар глаз изумленно смотрели на нас, забыв о том, что где-то рядом идет жестокий бой, который дает нам возможность в данную минуту спокойно разговаривать. Ароссо переводил взгляд то на меня, то на Мэллона, тщетно стараясь понять, не снится ли ему это все в каком-то дурном сне.

  • Назови свое имя! – обратился ко мне удивленный паладин.
  • Озгурд. – ответил я. – Но раньше меня звали Изенделл.
  • Но этого не может быть! – всплеснул руками Ароссо. – Я знал Изенделла, и ты совсем на него не похож!

Я не знал, как заставить паладина поверить моим словам, да и лишнего времени на это у меня не было. И неожиданно я совершил поступок, которого сам от себя никак не ждал. Я запел песню, слова которой отчетливо запомнил некоторое время назад.

На крепких ветках снег лежит,
И день уходит прочь,
В гнезде виверна уже спит,
И наступает ночь…

  • О, боги! – прошептал Ароссо. – Это же та колыбельная, которую пела мать Мэллона…
  • Эту песню пела моя жена.
  • Но в это же невозможно поверить! – паладин схватился за голову. – Ты же в том бою… О, нет!
  • Ароссо! – в камеру вбежал тяжело дышащий дреней с винтовкой в руке. – Ароссо, нам не продержаться больше десяти минут! Там Гаррош со своими орками подоспел! Заканчивайте скорее!
  • Командуй отход! – крикнул паладин. – Веди всех сюда, будем возвращаться прямо отсюда! Маг, создавай портал, быстрей!

Дреней убежал, а один из людей раскинул в сторону руки, вокруг которых возникло яркое свечение, и через минуту в центре камеры появился портал с расплывчатым видом большого города внутри.

  • Может быть, я совершаю нечто глупое, - проговорил Ароссо, обращаясь ко мне. – Но тебя мы все-таки возьмем с собой.
  • Я не иду с вами. – ответил я.
  • Как? – в один голос воскликнули Мэллон с паладином.
  • Я должен остаться.
  • Но почему?!

Что я мог им сказать в ответ? Что нежить не может появиться в Штормграде? Или сослаться на чувство долга, которое не позволяет мне стать предателем в глазах всей Орды? Не знаю… Мне казалось, в тот момент я принял единственно правильное решение остаться в темном подземелье Оргриммара, позволив другим уйти без меня. Я видел пристальный взгляд паладина Ароссо, я видел слезы на глазах недавно обретенного сына, и в какое-то мгновение меня посетила мысль, что в этом мире есть нечто такое, за что можно умереть, не колеблясь, и не сомневаясь ни секунды. Я видел, как бойцы Альянса несли на себе раненых и окровавленных товарищей, видел Мэллона и Ароссо, ушедших в светящееся окно, и почему-то на душе становилось спокойнее. Я был спокоен, когда в камеру ворвались воины Орды, и я улыбнулся Гаррошу Адскому Крику, который в свете затухающего портала уставился на меня удивленным взглядом.

След Сильваны

Почти все население Оргриммара собралось на рассвете перед южными воротами в ожидании справедливого и честного суда над изменником. Еще накануне вечером глашатаи громкими голосами долгое время оповещали жителей города о предстоящей казни преступника, на которую должны были явиться все без исключения. Как и обещал Гаррош Адский Крик, специально для того, чтобы растоптать мои жалкие останки, были найдены самые крупные кодо во всем Калимдоре. Животные стояли неподалеку от городских ворот, равнодушно поглядывая на собравшуюся толпу, и прищуриваясь от света восходящего солнца. Два орка, крепко держа за руки, вывели меня на площадку, находящуюся прямо над городскими воротами. В толпе зевак возник ропот, через минуту переросший в яростные крики «предатель» и «отдайте его нам, мы с ним сами расправимся». Я старался не обращать на это внимания, но на мгновение меня слегка удивила такая озлобленность. Ведь никто из собравшихся внизу не мог обвинить меня в том, что я нанес какой-то ущерб Орде. Хотя, мне вполне могли предъявить то, что я дал беспрепятственно уйти врагу.

Крики становились все громче и громче, до тех пор, пока не появился Гаррош Адский Крик. Он пролетел над скоплением народа на своей боевой виверне, и приземлился на площадке в трех шагах от меня и моих стражей.

  • Доблестные воины Орды! – крик вождя разнесся над городом. – Моя жизнь всегда принадлежала вам всем, и я никогда не жалел ее в битвах и сражениях. Мое оружие всегда было направлено против врагов наших народов, против наших общих врагов. Есть ли среди вас тот, кто усомнится в моих словах?
  • Нет! – яростный рев толпы был ответом вождю.
  • Нет! – повторил Гаррош. – Но сегодня мое сердце и мой разум омрачены и подавлены. С великим прискорбием я должен признать, что допустил ошибку, доверившись тому, кто не заслуживал этого доверия. Может быть, я стал слишком стар, и уже не гожусь на роль лидера?
  • Нет! – снова взревела толпа. – Ты наш вождь!
  • Тогда почему?! – с негодованием и болью в голосе спросил Адский Крик. – Почему в наших рядах оказался вот этот предатель?! Как могло такое случиться, что союзник перестал быть союзником, товарищ и боевой соратник перестал быть таковым?!
  • Смерть ему! – сотни рук взметнулись в воздух в порыве гнева. – Смерть предателю!
  • Воины Орды! – крикнул Гаррош. – Наказание будет неотвратимым и беспощадным, но мы не варвары и не дикие звери! Если изменнику есть, что сказать в свое оправдание – пусть говорит, а мы выслушаем его!

Адский Крик повернулся ко мне в ожидании, а толпа перед воротами затихла. В наступившей тишине я чувствовал на себе сотни взглядов, преисполненных презрения и осуждения. Внутри меня росло желание открыть всем правду, но я понимал, что от этого не станет легче никому, и мне в первую очередь. Я не хотел закончить свое существование в звании изменника, но судя по всему, другого выхода у меня просто не было.

  • Он молчит! – Гаррош торжествующе вскинул руки. – Ему нечего сказать! Тогда скажу я!

Я не знал, что хотел сказать Гаррош Адский Крик, хотя догадаться было несложно. Но, ни я, ни толпа перед воротами не услышали этих слов. Причиной тому стал нарастающий с каждой секундой вопль, который проникал внутрь головы, заставляя ее раскалываться от боли. Этот вопль подкосил ноги всех, кто собрался у южных ворот Оргриммара, и даже Гаррош упал на колени, закрыв уши руками, а его виверна в ужасе рванулась в небо. Испуганные кодо бросились вперед, не разбирая дороги, и давя всех, кто попадался на их пути. Уже теряя сознание от нестерпимого звука, я почувствовал, как меня обхватывают чьи-то сильные руки, и поднимают в воздух. Повернув из последних сил голову, я увидел знакомое лицо Артуры - одной из валь’кир королевы Сильваны. Ее крылья работали, как заведенные, поднимая нас все выше и выше, и унося прочь от Оргриммара…

Гаррош Адский крик был в ярости. Такого исхода не ожидал даже он. Что могло означать появление приближенных королевы Отрекшихся? Сильвана не могла быть предателем – эта мысль не имела даже никакого права на рождение. Может быть, Ветрокрылая королева ведет какую-то свою игру, известную только ей? Гаррош нервно ходил туда-сюда в крепости Громмаш, изредка бросая испепеляющие взгляды на ближайших соратников.

  • Она должна дать объяснение! – злобно прошипел Адский Крик. – И она мне его даст!

Через минуту из крепости пулей вылетели посыльные, имея при себе особый приказ вождя ко всем лидерам племен и народов Орды. Этот приказ повелевал собрать всех воинов в назначенный час у ворот Подгорода для проведения полномасштабной боевой операции. Однако, в этом приказе не упоминалось о цели этой операции, и этот приказ не касался королевы Сильваны и боевых отрядов группировки Отрекшихся.

Истина

Группа из трех всадников стояла рядом с башней, служившей пристанищем для дирижаблей. Любой, кто в тот час проходил мимо - сразу же хватался за оружие или пытался скрыться, но когда узнавал одного из всадников, то продолжал свой путь, недоуменно оглядываясь. Недоумение было вполне понятно, ведь не каждый день можно было встретить в окрестностях Брилла представителей Альянса. Только лишь присутствие королевы Отрекшихся заставляло местных обитателей отказаться от желания поднять тревогу. В тот день стояла пасмурная погода, и Тирисфальские леса выглядели особенно мрачно. Но только не для пассажира, прибывающего в Брилл не совсем обычным рейсом. Дирижабль медленно подплыл к башне, но еще до того, как он остановился, с его борта слетело существо, от которого у стоящих рядом с королевой Сильваной представителей Альянса, пошла по телу дрожь. Валь'кира Артура опустилась на землю, крепко, но бережно прижимая к себе того, кто недавно вновь обрел когда-то потерянных сына и друга.

  • Спасибо, Артура, я никогда не сомневалась в тебе. - Сильвана отпустила валь'киру, которая перед тем, как уйти, что-то коротко шепнула ей на ухо.
  • Ну, здравствуй, Озгурд! Или правильно будет называть тебя Изенделл? - королева задумчиво взглянула на меня.

Но я молчал. Молчал и смотрел на двух спутников Сильваны. Меньше всего я ожидал увидеть здесь именно этих людей. Точнее сказать - человека и эльфа. Молодого эльфа.

  • Я так и знала, - с притворным огорчением сказала Сильвана. - Близость к Гаррошу убивает в нас всякие приличия.
  • Простите, моя королева, я безумно рад снова видеть вас! - наконец-то очнулся я. - Просто такой сюрприз...
  • Да уж, а для меня-то какой сюрприз был, когда эта парочка заявилась в Подгород! - смеялась Сильвана, пока я здоровался с паладином Ароссо и Мэллоном.
  • Заявились в Подгород?! Но зачем? - воскликнул я. - Это слишком опасно!
  • Кхм... Леди Сильвана! - подал голос паладин. - Может быть, мы все обсудим в каком-нибудь другом месте?
  • Вы правы, господин Ароссо, нечего нам тут стоять у всех на виду. - ответила королева. - Хотя, Гаррошу уже скоро наверняка донесут о нашей встрече...

Уже вчетвером мы заглянули в Брилл, где раздобыли для меня коня. Я не упустил случая навестить мою старую знакомую Ренни, хозяйку местной таверны. Та от неожиданности чуть не выронила из рук кружки с пивом, которые собиралась отнести постояльцам. К сожалению, времени на разговоры не было, и мне пришлось тут же попрощаться. Ренни тогда почувствовала, что мы видимся в последний раз и, как оказалось, она была права. Мы - нежить, иной раз чувствуем то, что не дано осознать обычным живым созданиям. Когда мы расставались, Ренни еще долго смотрела мне вслед, отчего на меня нахлынула мучительная грусть. Внезапно я и сам почувствовал, что вижу эти леса и холмы в последний раз. Я не знал, что готовит мне судьба, я просто шел ей навстречу.

Вскоре мы доехали до Подгорода, где нам всем предстоял весьма непростой разговор. И начала его королева Сильвана.

  • Итак, - сказала она. - Я думаю, что сперва Озгурду стоит узнать, почему не состоялась его казнь, а затем уже господа Ароссо и Мэллон расскажут ему то, что рассказали мне.

Возражений не последовало, и Сильвана продолжила:

  • Несколько дней назад мне доложили, что в Тирисфальских лесах появились солдаты Альянса. После проверки этих сведений оказалось, что солдат всего двое, идут они не скрываясь, и никого не трогают. Кроме того, они во всеуслышание заявляют, что ищут королеву Сильвану. Когда их доставили ко мне, они мне рассказали все, и попросили помощи. И я не смогла отказать, хотя моим первым желанием было убить их.

От этих слов королевы меня слегка передернуло.

  • Речь шла о представителе народа Отрекшихся. - продолжила Сильвана. - То есть о представителе моего народа. И я была бы недостойна звания королевы, если бы не вмешалась в это дело. Адский Крик в последнее время берет на себя слишком много, и кто-то должен поставить на место этого орка. Я послала Артуру, чтобы она выкрала Озгурда и, как оказалось, весьма вовремя. И я очень недовольна тобой, Озгурд, из-за того, что ты скрыл от меня свои видения. Если бы ты рассказал все сразу, возможно жизнь всех нас сложилась бы по-другому.
  • Вы правы, моя королева, я не должен был скрывать правду.
  • Что сделано - то сделано, и ничего уже не вернуть назад. Господин Ароссо, теперь ваша очередь говорить.

Паладин пристально посмотрел на меня, тяжело вздохнул, и начал свой рассказ:

  • Я знал Изенделла и его возлюбленную Иларию задолго до рождения Мэллона. Эти эльфы были самой счастливой парой из всех, которых я только видел. Мы состояли в одной гильдии, и верой и правдой служили Альянсу и Его Величеству королю Вариану Ринну. А когда родился Мэллон, счастью этой пары не было предела. Я и сам очень радовался за них. Своих детей у меня нет, поэтому рождение сына у друзей воспринял так, как-будто он родился у меня самого. Изенделл подарил тогда сыну свой арбалет со стрелами, в надежде, что тот вырастет и станет знаменитым охотником. На арбалете и стрелах, еще до рождения Мэллона, Изенделл собственной рукой вырезал слова "Да падет враг от руки Изенделла". А когда Мэллону исполнилось три месяца, мы получили задание добыть некий артефакт, который находился в крепости у морского побережья. Изенделл и Илария отдали сына в специальный приют для детей, родители которых уходят в боевые походы, или по каким-то иным причинам не могут заботиться о них. Изенделл хотел, чтобы Илария осталась дома с ребенком, но она наотрез отказалась. Даже в походах и битвах они были всегда вместе. Наш отряд прибыл на место на рассвете. Еще один корабль должен был подойти к вечеру. А когда мы сошли на берег, на нас напали.

Ароссо на мгновение замолчал. Было видно, что слова даются ему с большим трудом.

  • Я прошу прощения у леди Сильваны, если покажусь грубым, - продолжил паладин. - Но я расскажу так, как я это видел.
  • Ничего, господин Ароссо, - ответила королева. - Идет война, и порой мы вынуждены поступать не лучшим образом.
  • Да. - Ароссо опять на мгновение затих. - Это было, как в страшном сне. Я не знаю, откуда там взялись отряды нежити, они появились, словно из под земли. И командовала ими одна из валь'кир леди Сильваны.
  • Это была Артура. - сказала королева.
  • Отрекшиеся набросились на нас, как голодные ледопарды на добычу. В нашем отряде трусов не было, все были закалены в боях, но... С такими яростными атаками мы столкнулись впервые. Нас оставалось все меньше и меньше, и конец был близок. Озверевшая нежить сразу отрезала нам путь к кораблю, тем самым лишив нас шанса на отступление. Эта бойня продолжалась около получаса. Когда погибла Илария, Изенделл просто обезумел. Чернокнижника, буквально высосавшего из нее жизнь, мой товарищ стал рвать на части, забыв о том, что вокруг полно других врагов. Я бросился к Изенделлу, стремясь прикрыть ему спину, но страшный удар остановил меня. Я упал на прибрежный песок, кровь заливала мне глаза, но я успел увидеть, как Изенделл поднялся с растерзанного врага. Я его не узнал. Это был уже не тот эльф, которого я знал долгие годы. Его глаза были полны безумия и отчаяния. С диким стоном он подошел к бездыханному телу своей возлюбленной, упал на колени, и вонзил кинжал себе в грудь. В этот момент силы покинули меня, и очнулся я только на корабле, который пришел в тот же вечер. Через две недели, немного оправившись от ранения, я забрал Мэллона из приюта, и стал воспитывать, как собственного сына. Пожалуй, мне больше нечего добавить.
  • Добавлю я. – проговорила королева Сильвана. – Ни для кого не секрет, что мы используем оживление павших врагов, для того, чтобы они служили нам. И в тот раз моя валь’кира использовала эту возможность. Так в Похоронном Звоне появился Озгурд. Но что-то Артура сделала не так. А может быть, душа ночного эльфа Изенделла оказалась настолько сильной, что постоянно напоминала Озгурду о его прошлом.

Все это время я стоял, как окаменелый. Я наконец-то докопался до истины, но это не принесло мне облегчения. Мне предстоял нелегкий выбор, который за меня не сделал бы никто на свете.

  • Так кто же я? – вопрос сам сорвался с моих губ. – Озгурд или Изенделл? Я должен вернуться в Штормград, чтобы быть со своим сыном и служить Альянсу, как прежде. Но Штормград не примет нежить, это просто немыслимо. С другой стороны, я дал клятву верности Отрекшимся и королеве Сильване.
  • Ты служил мне достойно. – сказала королева. – Ты не запятнал себя ничем позорным, и заслужил уважение моего народа. Но я тебе уже говорила раньше, что ты – это твои поступки. Ты сейчас на распутье, и тебе придется выбрать свою дорогу, какой-бы она не была.

Сделать свой выбор мне не дали двое солдат Отрекшихся, которые ворвались в помещение, где проходила наша беседа. Они возбужденно затараторили одновременно так, что их было совершенно невозможно понять.

  • Тихо! – крикнула королева Сильвана. – Давайте по одному. Ты первый.

Тот, на кого указала королева, набрал воздуха и одним разом выпалил:

  • Королева, в Брилл подходят дирижабли с отрядами Адского Крика!
  • Ну надо же! Что-то он задержался! – усмехнулась Сильвана и указала на второго бойца. - Так, хорошо, что у тебя?
  • Моя королева, дозорные сообщают, что с юга идет армия Альянса!

Дорога в будущее

Дорога… Она уходила вдаль, за горизонт, и была прямой и ровной, как лезвие меча. Стоящее в зените солнце, освещало ее так, что хорошо просматривался каждый дюйм, каждая пылинка. Однако, все, что находилось по обеим сторонам дороги, было покрыто какой-то расплывчатой дымкой, в которой блуждали непонятные тени. От этих теней веяло злом и равнодушием, они словно искали жертву, которую можно было растерзать на кусочки. Но освещенный солнцем путь манил вдаль так сильно, что хотелось идти по нему, несмотря на все опасности. Там впереди было что-то такое, к чему следовало стремиться всей своей сущностью. Нужно было только решиться, и сделать первый шаг. И я его сделал. Я ступил на эту дорогу зная, что идти придется очень долго, но цель того стоила. Я не видел эту цель, но чувствовал, что она есть. Первый шаг, второй, третий… Неожиданно появилось ощущение, что эта дорога слишком широка для меня, и рядом есть место еще для одного путника. И он появился. Взявшись за руки, мы шли вперед, не обращая внимания на зловещие тени, рвущиеся к нам, но не способные ступить на дорогу. Мой попутчик внезапно остановился, и мне показалось, что он хочет что-то сказать, но я не слышал его голоса. Но голос все-таки был. Он нарастал с каждой секундой, и вскоре я начал понимать слова:

  • Очнись, отец! Пожалуйста, очнись!

Я почувствовал, как кто-то трясет меня за плечо, и открыл глаза. Мэллон и Ароссо склонились надо мной, и в их глазах было беспокойство и напряжение. Где-то поблизости слышался голос королевы Сильваны, отдающей кому-то быстрые и резкие приказы и указания.

  • Все в порядке, я знаю, что делать! – проговорил я, поднимаясь с холодного пола.
  • О чем ты? – озадаченно спросил паладин.
  • Ароссо, друг мой! – ответил я. – Прими мою благодарность за то, что ты сделал для меня и моего сына. Ты благородный человек и бесстрашный воин с чистой душой. Я желаю тебе, чтобы ты всегда оставался таким, несмотря ни на что.
  • Я не понимаю тебя! – паладин внимательно смотрел мне в глаза. – Нам нужно что-то предпринять, иначе тут скоро станет жарко. Этот болтун Бенедикт все-таки рассказал королю о нашем визите в Подгород, и тот, видимо, решил послать сюда армию.
  • Ты скоро все поймешь. – ответил я. – Мне нужно пять минут, чтобы поговорить с сыном, хорошо?

Ароссо отошел в сторону, а я повернулся к Мэллону, и положил руку на его плечо.

  • Сынок, ты уже не мальчик, и способен принимать серьезные решения. Выслушай меня. Я должен сделать поступок, от которого нельзя уклониться или оставить его на потом. Я больше не могу служить Орде, но и Альянсу тоже. И тут, и там для меня больше не будет понимания и одобрения. Я должен уйти. Не знаю куда, это неважно, но уйти я обязан.
  • Отец, я с тобой! – воскликнул Мэллон.
  • Послушай меня, сын! Твоя жизнь только начинается, и то, что твой отец нежить, постепенно забудется. Ты должен остаться с Ароссо, и жить в Штормграде.
  • Ты считаешь, что после всего я смогу жить спокойно?! – в глазах Мэллона загорелся недетский огонек, а голос обрел непоколебимую решительность. – Отец, я не покину тебя! Если ты должен уйти, то я уйду с тобой, и никакие силы меня не остановят! Даже ты сам!
  • Ты принял решение?
  • Да! – твердо заявил Мэллон. – Я иду с тобой!

Я крепко обнял его, мысленно вознося благодарность всем существующим богам. В этот момент я был счастлив оттого, что ни разу не отступился от желания докопаться до истины, и выяснить все о себе самом. Теперь же я получил сполна за все свои усилия и старания.

Я позвал Ароссо, и сообщил ему о нашем решении. Тот сперва был шокирован, но подумав, смирился и не стал возражать. В этот момент к нам подошла королева Сильвана.

  • Подгород готов к обороне. – сказала она. – Только пока неясно, от кого придется обороняться.
  • Леди Сильвана, что вы намерены предпринять? – спросил паладин.
  • Ждать, что же еще? – ответила та. – Гаррош способен на решительные действия, но все же я не думаю, что он объявит мне войну. Ваши войска уже подходят сюда, но на их пути стоит Адский Крик и, следовательно, если допустить наихудший вариант, битва произойдет именно между ними. Но не забывайте, что я служу Орде. Поэтому я выступлю на стороне Гарроша.
  • Моя королева. – сказал я. – Мне кажется, что сегодня тот день, когда следует отказаться от любых военных действий.
  • Каким же образом? – удивилась королева. – Ты же знаешь Адского Крика, он непременно даст бой любому, кто похож на врага!
  • У меня есть небольшой план. – сообщил я. – И есть небольшая надежда, что этот план сработает. Другого выхода у нас просто нет.
  • И что же это за план?

Я рассказал о своих соображениях, и все решили, что попробовать стоит. Мы обсудили все детали, и через десять минут я, Мэллон, Ароссо и королева Сильвана, выехали из Подгорода. Следом за нами, в нескольких метрах от земли летела валь’кира Артура, которой была уготована своя роль.

Все пространство перед Подгородом было заполнено войсками Орды. Гаррош Адский Крик носился среди отрядов на своем боевом волке, выстраивая армию в боевой порядок. Орки отдельно, таурены отдельно, тролли отдельно. В воздухе кружили гоблины на причудливых механизмах, готовые обрушить на врага град саронитовых бомб. Внезапно где-то вдалеке зазвучал звук горна, от которого паладин Ароссо встрепенулся, и привстал на коне, стремясь вглядеться как можно дальше.

  • Это Альянс! – крикнул он. – Леди Сильвана, действуйте!

В тот же миг королева Отрекшихся сделала знак Артуре, которая сразу же подлетела к Ароссо, сняла его с коня, и понесла по воздуху в сторону подходящей армии короля Вариана Ринна. Мы успели лишь только услышать затихающий крик паладина:

  • Прощайте, друзья! Прощайте, королева!
  • Прощай, друг! – прошептал я, последний раз глядя на своего товарища.

Этот полет не остался незамеченным, и через несколько минут Гаррош Адский Крик уже мчался нам навстречу. Он остановился в пяти шагах от нас, и закричал своим незабываемым голосом:

  • Сильвана, ты только что упустила врага-человечишку!
  • Успокойся, Гаррош! – ответила королева. – Этот человечишка удержит Альянс от нападения на тебя!
  • Что?! Ты думаешь, что я их боюсь?!
  • Я знаю, что ты никого не боишься, но давай поговорим и все обсудим, у нас будет на это время, поверь мне.
  • Как я могу тебе верить, Сильвана?! Я вижу рядом с тобой предателя и врага!

Королева ударила ногами своего коня, и подъехала вплотную к вождю.

  • Послушай, Гаррош! Ты все-таки вождь, а не безмозглая торговка пивом! Озгурд не предатель, ты просто не так понял, и позволь мне объяснить тебе все!
  • Ну что же, попробуй. – усмехнулся Адский Крик.

Пока королева рассказывала вождю все события, произошедшие со мной, Гаррош несколько раз менялся в лице. Сначала он был в полном недоумении, затем удивлен и раздосадован. Казалось, он просто не мог поверить во все это, и считал происходящее какой-то интригой, которая имеет свои, неизвестные ему цели.

  • Чего же ты от меня хочешь, Сильвана? – спросил вождь.
  • Мне от тебя нужно только одно – не теряй благоразумия! – ответила королева. – Остальное скажет сам Озгурд.

С возрастающей надеждой на благоприятный исход, я подъехал к Гаррошу. Мэллон последовал за мной, и встал рядом. Адский Крик пристальным взглядом окинул нас, и я заметил, что в его глазах еще сохранились недоверие и подозрительность.

  • Вождь! – сказал я. – Когда-то я дал клятву верности Орде. И не было такого случая, чтобы я ее нарушил. Даже в свете произошедших событий я хранил верность тебе и моей королеве. Именно поэтому я остался тогда в подземелье, хотя имел полную возможность уйти в Штормград. Я не предатель, и никогда им не был. Но во мне остались чувства, хоть я и принял однажды смерть. Чувства и долг. И это не позволяет мне предать родного сына. Как ты думаешь, вождь, Гром Адский Крик - твой отец, бросил бы тебя? Да никогда в жизни, ведь так?!

Я говорил и видел, как в Адском Крике боролись две противоположные силы. Жестокая и непреклонная половина вождя стремилась взять верх над его благоразумием и милосердием, которое все-таки оставалось в нем. Он сидел на своем волке, опустив голову, и лицо его было мрачнее тучи. Когда я закончил говорить, Гаррош взглянул на меня, заставив силой воли подавить возрастающее во мне ликование. По его глазам я понял, что он поверил мне. Поверил и понял.

  • Уходите! – хриплым голосом проговорил Адский Крик. – Никто вас не тронет.

Он повернулся и быстро поехал к своим отрядам.

  • Ну, вот и все. – сказала королева Сильвана. – Теперь ваш путь свободен.
  • Прощайте! Пусть боги продлят ваши дни! Вы навсегда останетесь моей королевой! – простился я с Сильваной.

И мы с моим сыном двинулись вперед, навстречу неизвестному будущему. Мы уходили, не зная, что нас ждет дальше, и ждет ли вообще. Оставив за спиной армии двух великих фракций, я думал о том, где же все-таки проходит эта грань, разделяющая верность своему долгу и сильнейшие кровные узы. Возможно, она проходила прямо здесь – у Подгорода, но скорей всего, для меня эта грань стерлась, ибо я не смог отказаться от собственного сына, и при этом не стал в глазах других мерзким предателем. И если уж жестокий и непреклонный Гаррош Адский Крик понял меня, то есть еще надежда на то, что народы Азерота прекратят бессмысленные и кровопролитные войны, поскольку в этом мире есть нечто такое, что стоит сохранить любой ценой...

Конец.

Автор: Master of the Wind

Сегодня мне хотелось бы рассказать всем читателям Warcry.ru об одном из нововведений обновления 4.2 "Ярость Огненных Просторов" под названием "Атлас подземелий".

Для начала позволю себе небольшое отступление и обрадую обладателей большого количества персонажей на одном сервере: обещанная разработчиками Blizzard возможность "перестановки" персонажей в списке выбора добавлена в обновлении 4.2!

Теперь возвратимся к "Атласу подземелий". Находясь вне какого-либо инста или рейда, вызвать Атлас можно с помощью сочетания клавиш Shift + J или кликнув на соответствующий значок на микро-панели, где также находятся иконки достижений, гильдии, персонажа и т.п.

Как видно на скриншотах выше, к моменту релиза нам, скорее всего, будут доступны для изучения подземелья и рейды, добавленные исключительно в дополнении Cataclysm. В официальном FAQ "Атласа подземелий" Blizzard обещала пополнять время от времени этот перечень, так что пока будем довольствоваться описанием лишь актуального контента.

Выбрав какое-либо подземелье, мы увидим в левой части Атласа название этого данжа на фоне посвященного ему арта, возможность перейти на карту подземелья, а также краткое его описание. В правой части расположены иконки переключения между списками добычи (иконка "Сундук"; на скриншоте изображен именно этот список) и боссов. Помимо этого нам доступны фильтры вещей по классам, качеству и привычное поле для поиска.

На карте подземелья изображены иконки боссов, кликнув по которым, мы можем переместиться в специальный раздел Атласа подземелий, посвященный именно этому боссу. Попасть туда также можно из общего списка боссов.

Каждый босс в Атласе подземелий представлен отдельными разделом, где мы можем полюбоваться его 3D-моделью (модель вращается, так что рассмотреть врага можно со всех сторон), ознакомиться с его историческим описанием, фазами боя, а также довольно подробным обзором всех способностей, в том числе и помощников (аддов). Как это выглядит можно увидеть на скриншотах ниже:

Если с тактикой на босса и его способностями вы уже разобрались, то Атлас подземелий предлагает нам помечтать о добыче, которой чудовище одарит своих убийц. Переключиться на список "лута" можно при помощи все той же иконки "сундука". Качество предметов переключается значками на которых изображены "череп", цифры "10" и "25" ("5" в обычном подземелье), т.е. добыча с подземелья героической сложности, рейда на 10 и 25 человек соответственно. Безусловно вам должен понравиться и фильтр по классам, который покажет только те предметы, которые подходят вашему персонажу. На скриншотах ниже мы отфильтровали героическую добычу с босса Мажордом Фэндрал Олений Шлем по классу "разбойник":

На этой "вкусной" ноте наш обзор новшества обновления 4.2 под названием "Атлас подземелий" заканчивается. Сегодня мы ознакомились с его основными функциями и интерфейсом.

Я считаю, что это нововведение будет полезно как "казуальным" игрокам, так и опытным рейдерам, ведь не надо будет пользоваться дополнительными аддонами и шерстить различные форумы на тему способностей тех или иных боссов. Теперь остается лишь ждать официального релиза "Ярости Огненных Просторов", который должен произойти в ближайшие недели. Всем спасибо за внимание!

Автор: Gecko

Рагнарос Владыка Огня — неимоверно сильный Повелитель элементалей, управляющий всеми огненными элементалями. Он находится в Огненных Недрах Черной Горы, откуда командует своими приспешниками. Те, кто умеет обращаться с двуручным дробящим оружием, могут получить с Рагнароса уменьшенную копию его легендарного молота — Сульфурас, Руку Рагнароса.

Рагнароса озвучивает Крис Метцен.

Рагнарос впервые появляется в World of Warcraft, в качестве финального босса рейдового подземелья Огненные Недра. Второе его появление в мире Азерота приходится на дополнение World of Warcraft: Cataclysm.

История

Когда-то Владыка Огня и его собратья правили всем миром. В качестве вассала Древних Богов он воевал за господство над планетой против титанов. Когда последние победили, они изгнали Рагнароса и его братьев в Обитель стихий, где они должны были быть заключены до конца времен. В этой самой тюрьме Повелители элементалей стали врагами. Пять тысячелетий длилось сражение в основании Азерота, и эти времена были названы Расколом Элементалей. Именно тогда Рагнарос напал на принца Громораана Искателя Ветра. Громораан был полностью разбит, и Владыка Огня поглотил часть его сущности, а остатки разделил между своими слугами: Бароном Геддоном и Гарром.

В центре огромного огненного озера в Обители стихий была воздвигнута Крепость Сульфурона, убежище Рагнароса. Плавящей железной хваткой он правил оттуда своими подземельями, но только лишь до недавнего времени…

Около трех столетий назад амбициозный и беспощадный клан Черного Железа развязал войну против своих братьев-дворфов, клана Бронзобородов и Клана Дикого Молота, полагая, что они могли объединиться против него. Так началась Война Трех Молотов. Тан-чародей Тауриссан решил осадить столицу Бронзобородов — Стальгорн, а его жена Модгуд напала на столицу Дикого Молота Грим Батол. Ее атака на клан Дикого Молота оказалась успешной, однако осада Тауриссана провалилась, и дворфы Бронзобородов поспешили на помощь к Молотам. Армия Черного Железа была отброшена в их мрачные жилища, но Тауриссан еще надеялся повернуть ход войны вспять и решил призвать себе на помощь древние силы, которые покоились в недрах мира. К удивлению тана-чародея, и, в конечном счете, к его гибели, существо, которое он вызвал, оказалось ужаснее и могущественнее, чем любой кошмар, который он мог представить.

На зов Тауриссана явился сам Рагнарос Владыка Огня. Его появление взорвало Красные горы, образовав Пылающие степи, Тлеющее ущелье и бущующий вулкан, известный ныне как Черная гора. Хотя сам Тауриссан и был убит силой, которая должна была помочь ему в войне, его выжившие собратья из клана Черного Железа были порабощены Рагнаросом и его элементалями. Многие из них остаются в нижней части горного жилища, особенно в Глубинах Черной Горы, где по приказу Рагнароса некоторые стали лейтенантами Владыки Огня. Они поклоняются ему, считая его не только Повелителем элементалей, но и одним из Древних Богов, хотя он только их слуга. Кланы Бронзобородов и Диких Молотов, однако, избежали этой участи.

Оказавшись свидетелями ужасающего разрушения и пожаров, распространившихся по южным горам, Король Бронзобородов Мадоран и король Диких Молотов Кхардрос развернули свои армии и торопливо вернулись в свои королевства, не желая сталкиваться с устрашающей яростью Рагнароса. Тогда Владыка Огня остался покоиться в Огненных Недрах Черной Горы, копя силы и могущество, чтобы сжечь Азерот до основания. Между тем, в Крепости Сульфурона и в других областях по всем Огненным просторам его элементальные принцы постоянно сражались между собой за господство. Рагнарос же вместе со своими прислужниками-дворфами взял под контроль вулканические глубины Черной Горы и пошел войной на орков, обосновавшихся в Верхней Части Черной Горы, которая находилась под властью черного дракона Нефариана. Тогда же Владыка Огня раскрыл тайну создания жизни из камня и стал строить армию непобедимых големов, которые должны были помочь ему в завоевании всей Черной Горы.

World of Warcraft: Cataclysm

После поражения в Огненых Недрах Рагнарос был выброшен обратно в Обитель стихий. Второе его появление приходится на дополнение World of Warcraft: Cataclysm, где он находится в Крепости Сульфурона, его обители на территории Огненных просторов (описание зоны на официальном сайте). Владыка Огня и его армия начали полномасштабное нападение на гору Хиджал в надежде уничтожить Древо Мира, которое вновь начало расти. Рагнарос стал союзником Смертокрыла, так что вражда Владыки Огня и Нефариана прекратилась, так как теперь они стали частью единой армии. Также в союзе со Смертокрылом выступает еще один Повелитель элементалей — Ал'Акир Повелитель Ветра. Нападение на Древо Мира находится в ведении нескольких помощников Рагнароса (в частности, барона Геддона), а также войска клана Сумеречного Молота и различных представителей Сумеречных драконов. В финальном задании на горе Хиджал штурм Рагнаросом Древа Мира был отбит при помощи Древних и Стражей Хиджала.

Автор перевода статьи с сайта WoWWiki.com — Gecko.